Андрей Миронов

Андрей Миронов

Андрей Левонович Шляхов

Эксклюзивные мемуары

Кем на самом деле был фееричный и сияющий с экранов своей обворожительной улыбкой Андрей Миронов? Воспоминания его женщин и дочерей во многом противоречат друг другу, сходясь лишь в одном – неотразимой лучезарности актера, которая так привлекала женщин. Притягательность Андрея Миронова отмечала и его жена, актриса Лариса Голубкина, которая, вспоминания о личной жизни актера, как-то сказала: «Андрюша мне часто рассказывал о своих прошлых романах, я злилась, а он бегал за мной по квартире и кричал: „Нет, ты послушай, она…“ Тогда я давала ему листок бумаги и говорила, что у него есть замечательная возможность написать мемуары».

Сам актер мемуары так и не написал, чем и подтолкнул биографа Андрея Шляхова, на создание увлекательного исследования его личности. «Андрей Миронов» – это история о исканиях противоречивого и невероятно талантливого человека с искренним сердцем полным любви.

Андрей Шляхов

Андрей Миронов

Я мечтою ловил уходящие тени,

Уходящие тени погасавшего дня,

Я на башню всходил, и дрожали ступени,

И дрожали ступени под ногой у меня.

И чем выше я шёл, тем ясней рисовались,

Тем ясней рисовались очертанья вдали,

И какие-то звуки вдали раздавались,

Вкруг меня раздавались от Небес и Земли.

Чем я выше всходил, тем светлее сверкали,

Тем светлее сверкали выси дремлющих гор,

И сияньем прощальным как будто ласкали,

Словно нежно ласкали отуманенный взор.

И внизу подо мною уж ночь наступила,

Уже ночь наступила для уснувшей Земли,

Для меня же блистало дневное светило,

Огневое светило догорало вдали.

Я узнал, как ловить уходящие тени,

Уходящие тени потускневшего дня,

И всё выше я шёл, и дрожали ступени,

И дрожали ступени под ногой у меня.

    Константин Бальмонт

Предисловие

Мои представления о добре и зле были вдребезги разбиты фильмом «Бриллиантовая рука».

До того как я посмотрел этот фильм, всё в моей жизни было ясно, логично и просто.

Мир делился на добрых и злых, на наших и не наших (преимущественно – белогвардейцев и фашистов), на однозначно плохих и всесторонне хороших. Хорошие люди заслуживали всяческих наград, похвал и сладостей, а плохие, соответственно, – порицания, ремня и чего похуже.

И вот в этот гармоничный детский мир ворвался «Граф», он же Геша, а в миру – Геннадий Петрович Козадоев. Обаятельный, жизнерадостный и очень невезучий прохиндей-контрабандист.