Предел прочности

Вот и вершина. Встали, прицелились… Всё повторяется.

Лисенко мало что соображал. За него работали рефлексы. Страх гнал вперёд, за бегущими егерями. Боясь отстать, поручик носился вместе с ними, как угорелый. Куда Парфёнов бросал свой отряд, туда и он. Задыхался, едва переставляя ноги, но бежал.

Следующая высота. Отстрелялись, прикрывая медленно ползущее каре, и дальше. Только вперёд. И нет времени задуматься – куда, зачем?

– На тот холм! Сбить неприятеля! – шпага майора указывает на соседнюю вершину.

Там столпились конные персы, направив длинные фитильные ружья на марширующий внизу батальон.

Егеря бросаются в атаку. Страх снова гонит Емельяна за солдатами. Всеми силами стараясь втоптать свои чувства в землю, поручик проворно взбирается по склону. Свистят пули, иногда прерываясь коротким «чвак!». И тогда падает рядом егерь, а то и два, роняя штуцер и нелепо дёргая руками. Стараясь не обращать на это внимания, поручик заставляет себя карабкаться дальше.

– Плииии! – орёт истерично, едва головы егерей показываются над вершиной.

Залп, и сквозь дым в рукопашную.

Но не с кем драться. Персы удирают с холма, нетерпеливо нахлёстывая коней.

Остаётся только стрелять вдогонку, поджидая, когда пройдёт каре. И снова опрометью вниз, к очередному холму…

Неизвестно, сколько бы это длилось. Карягин вовремя заметил плоский курган с разбитым на нём татарским кладбищем. Небольшой минарет и надгробные камни вокруг.

Теперь штуцерники, тяжело дыша, разбегаются по краям кладбища, занимая позиции.

– Третья… шеренга… заряжай! – выдавливает Емельян и в изнеможении опускается на ближайшую могильную плиту позади своего взвода.

Стрелкам, впрочем, напоминания ни к чему. Достав патрон, уже откусывают пулю, сыпят порох в ствол. Передний ряд целится в гарцующих в отдалении всадников, больше не рискующих нападать на злых, огрызающихся русских.

Конские упряжи тянут по склону вверх оба орудия. Артиллеристы в мокрых от пота мундирах, прильнув к лафетам, помогают руками.

– Давайте, ребята! Немного осталось! – подбадривает их командир, подпоручик Гудим-Левкович.

Он спрыгивает с коня и присоединяется к солдатам, хватаясь за спицу пушечного колеса и натужно толкая её вперёд.

– Быстрей, быстрей, родимые! Вот, вот… Веселей пошла!

Преодолев подъём, орудия растаскивают по сторонам.