Вишни и скрипичный ключ

Сорок пфустингов

– И почему мы сегодня такие веселые? – Жена стояла у порога в обычной при моем появлении стойке: руки в боки, и без того малюсенькие глазки прищурены, брови нахмурены и нос по ветру. Принюхивается то есть. Дескать, не пьян ли. Хотя пью, а точнее – выпиваю, я настолько редко, что это принюхивание не более чем ритуал. Как и все прочее тоже. Я ведь примерный семьянин. Серьезно, кроме шуток! И жена это прекрасно знает. Но даже это ее отчего-то злит. Ну и ладно! Я давно уже привык, внимания почти не обращаю.

Тем более сегодня, когда такая история приключилась…

– Чего? Чего ухмыляешься? – еще больше нахмурилась жена. Ей всегда плохо, когда мне хорошо. И когда у меня настроение хорошее, она начинает злиться.

– Видишь ли, я тебя продал, – не переставая улыбаться, выпалил я. Понимая, что выгляжу действительно глупо. Но улыбка намертво приклеилась ко мне – скорее всего, от нервного потрясения. Губы свело.

– Ты пьян?! – вплотную придвинулась жена, а ее широкий нос, похожий на поросячий пятачок, так и заходил вверх-вниз, раздувая ноздри.

Ну, впрямь как у свиньи. Так и ждешь, что сейчас захрюкает! И мысли-то у нее свинские: чуть что – сразу «пьян», на большее фантазии не хватает.

– Я абсолютно трезв. – Мне наконец-то удалось привести губы в более-менее горизонтально-параллельное положение. – Но я тебя продал.

– Почем? – спросила жена. Я даже не удивился, что это заинтересовало ее в первую очередь. Не «кому?», не «зачем?», не «как?», а именно «почем?».

Впрочем, она тут же добавила: – Кому ты меня продал? Ваське, что ли? Он давно на меня пялится… И как это – «продал»? Я что, корова? Или это у вас теперь шуточки такие?

Мне очень захотелось ответить, что она скорее свинья, чем корова. Впрочем, кто из них троих (включая жену) умней, еще можно поспорить. И про Ваську захотелось сказать, что пялится он на нее не из обожания или вожделения, а скорее от удивления и испуга. Но я ответил честно и по порядку:

– За сорок пфустингов. Инопланетянину.

На полном серьезе. – Про Ваську я опустил.

– О-ох! – Жена разочарованно махнула рукой, отвернулась и побрела в комнату.

Меня это почему-то разозлило.

– Ты что, не веришь?! Пойдем, я тебе покажу! Там, в парке, стоит летающая тарелка. А я мимо шел, и инопланетяне мне предложили сделку. А пфустинги – это их валюта такая, инопланетная.

Из комнаты донесся визг (один-в-один поросячий!), а потом вопль:

– Миша! Что это там?!

Я влетел в комнату.