Саур-Могила. Военные дневники (сборник)

Быстров и Ярош у оперативного штаба в крайнем дворе села. Хата заперта хозяевами. Её вскрыли лишь когда нужно было где-то положить раненых.

Отдалённые звуки боя доносились до штаба, но больше бой слушали по многочисленным рациям, которые были тут, но работали они не всегда и не везде. Вскоре после начала штурма с холма в клубах пыли с грохотом влетела «бэха».

– Носилки! Носилки! Ворота открывай!

«Бэха» остановилась прямо у ворот штаба. Заведённые бойцы двигались с такой скоростью, что мы выглядели сонными мухами.

– Сука! Заклинило люк! Отвали!

Боец ногой с яростью бил по ручке люка десанта. Наконец люк открылся, из него вытянули бойца и аккуратно повели в медпункт, оборудованный в летней кухне.

Поддерживаемый с двух сторон, раненый волочил ноги, но шёл. Текло из бедра, но и изо лба торчал осколок мины длиной с ладонь, взгляд его уже был далеко. Через пару часов он умрёт в вертолёте во время эвакуации.

«Бэха» уже улетела назад в бой. Штурм продолжался минут сорок.

А может, и больше. Чувство времени на войне хромает. Во время этого штурма был убит подполковник 3-го полка. Он лежал лицом вниз на носилках. Белая спина с двумя ранами неподвижно смотрела в небо. Также было около десятка раненых, разной степени тяжести.

Руки бойца 51-й бригады.

Вернувшиеся со штурма курили. У некоторых дрожали руки. Бойцы 51-й вспоминали ушедшего товарища:

– Он же на штурм не хотел идти. Чуйка у него нехорошая была. Взял у меня «корсар» с «шеей», чтобы более защищённым быть, но из-за него не смог в люк влезть – застрял.

Тогда ему осколком в голову и прилетело.

– Он же и девочку себе нашёл. Местную. Из-под Волновахи, кажись. Хотели в сентябре пожениться.

С наскока Шайтан-Гора не далась. Но завтра будет новый штурм, в этом никто не сомневался.

Бронежилеты снятые с раненых и убитых бойцов у медпункта.

5 августа 2014 г., с. Петровское

Ночь прошла спокойно. Мы лишь два раза по команде «Грады!» бегали всем штабом в укрытие, в качестве которого выступал обычный сельский погреб.

Но бегать мне надоело, поэтому следующую ночь я решил спать прямо в погребе.

Утром приехало подкрепление – десантники 25-й бригады во главе с молодым комбатом, голова которого была покрыта шрамами. Женя Мойсюк, полковник. С ходу он назвал всех трусами и сказал, что гору взять – нехер делать. Бойцы 51-й бригады смотрели на него исподлобья, у них за плечами был огромный опыт безуспешных штурмов.