Дневник Великой Отечественной Войны Боровиковой Александры Никифоровны

», длилась 20 минут.

Утреннее сообщение:

Направление – Кексгольмское, Старо-Русское, Смоленское, Эстонское.

День и ночь прошли спокойно.

16/VIII/1941

16/VIII. День был бестолковый.

Встала в 7 час., в 8 час. пила чай, вдруг, звонит телефон, звонил Петя Бецелев, я думала Саша (картофельный жених).

Бецелев сообщил, что ранен в руку, и лежит в Госпитале.

Завтра к нему поеду, надо узнать, это моя обязанность, навестить.

День прошёл бурно, так, что некогда было взять дневник.

Сейчас 6 часов, спешу домой, в то же время надо записать прошедший день.

Прошёл он в том, что составлялись списки на эвакуацию, и т. д.

Ну, ладно, кончаю.

Спешит Кузьмич.

Еду.

До свиданья, Катушка.

Здравствуй, Боровая.

Приехала домой.

Такая скука – все надутые, все молчат.

Я напилась чаю, и легла спать, конечно, немного поработала иголкой.

Это моя болезнь, и не мешает война.

17/VIII/1941

17/VIII. Встала в 6 утра, вместе с радио.

Вечернее сообщение: бои по всему фронту, и какие-то коррективы, по уничтожению самолётов.

В ночь с 16 на 17/VIII был налёт на Москву, но самолёты не были допущены.

Вчера в 8:05 была «В.Т.», длилась 45 минут, прошла спокойно.

Сегодня в 6:45 опять «В.Т.», длилась 5 минут.

По призыву Комсомола (*Всесоюзный ленинский коммунистический союз молодёжи (ВЛКСМ)) сегодня воскресник – не знаю, как он пройдет.

Забыла записать, когда я ехала домой, от Кузнечного шло очень много военных, и очень я их сожалела, т.

Впереди их шли другие военные, с собаками.

Воскресник по моему цеху проходит неплохо.

Сегодня в 16 час. я должна ехать к Пете Бецелеву.

Сегодня взяли в Армию М.К., очень жаль, уж он очень хороший мужик.

С ним можно поговорить обо всём.

В 16:30 поехала к Пете Бецелеву.

Оказывается, далеко.

Ехать больше часу, до площади Стачек.

Идя через площадь, вдруг, вижу фашистский самолет, танк, стоят на площади, и много кругом народу.

Но я спешила, и прошла, не остановилась.

Зашла к нему, в очередь ходячих.

Встретила его во дворе.

С ним были какие-то две дамы, но они скоро смотались, а мы с ним просидели больше часу.

Идя обратно по площади, тогда уж посмотрела на самолет, и на танк.

Такая махина, плюнула я на него, и ушла.

На Фабрику приехала в 8:45, и мне говорят – письмо.

Предполагала от кого, конечно, от него и есть – Апостола.