Как родных сыновей

Командир полка встал и подошел к офицеру:

– Готовность на том берегу – две зелёные ракеты. Начало операции – в пять ноль-ноль. Даже если ты сигнал не подашь. Отправляю на смерть, понимаю, но ты постарайся, Николай, я не приказываю, прошу.

И крепко пожав руку, полковник добавил:

– Удачи, лейтенант.

***

Легко сказать – постарайся. Весь день, неподвижно сидя в камышах, взводный наблюдал за противоположным берегом. Любая деталь была важной – и шевеление кустов, и случайный лязг металла, и приглушённые команды.

Опустившийся на воду густой туман наконец-то дал возможность размять затёкшее тело и спокойно проанализировать детали. Итак, три пулемета, позади – минометный расчёт, плюс дзоты. Их два. Укрепили берег серьёзно, мышь не проскочит. Если заметят – никто не доберётся и до середины реки.

– А добраться нужно до берега, – прошептал Николай и посмотрел на часы: 00-05, через сорок минут подойдут бойцы и вперёд, на смерть.

– Зачем себя раньше времени хоронишь, – неожиданно раздалось справа.

Лейтенант вздрогнул и резко выхватил пистолет. Инстинкты разведчика мгновенны, иначе ему не жить, поэтому ствол оружия смотрел точно в середину лба… девушки?

– Настоящий воин, – хмыкнула гостья, – ты в меня ещё гранату брось.

Николай смущённо опустил пистолет.  Окутанная клубами серебристого тумана, перед ним, абсолютно не скрываясь, стояла гибкая стройная девушка в мокрой ночной рубашке. Ослепительно белая кожа, безукоризненно чёткие линии бровей и длинные золотистые волосы завораживали своим совершенством.

Гостья без тени смущения смотрела на лейтенанта и улыбалась:

– Так ты никогда не женишься, если судьбе своей ко лбу пистолет приставлять будешь, все девки разбегутся.

– Если найдётся та, что не побоится ночью рядом оказаться перед пулемётами и никуда не убежит, – лейтенант улыбнулся в ответ, – значит, сама меня искала.

– Искала, – кивнула головой девушка, – потому и пришла.

Даже в зыбком лунном свете было видно, как покраснели щёки офицера.

– Ой, вы только посмотрите, – заливисто рассмеялась гостья, – засмущался!

Она тряхнула головой и золотистые локоны засияли, щедро посеребрённые молодой луной.

– Пригнись, – лейтенант рывком схватил её за руки и усадил на землю.

Глядя в смешливые глаза, он прохрипел:

– Как вообще ты здесь оказалась?

– Отпусти.

– Нет.

– Отпусти, я сказала.