Колдовской мир. Хрустальный грифон

Я старалась успокоить испуганное животное, а в утреннем воздухе гулко разносились звуки гонга – тяжелые удары, предвестники близящейся грозы. Госпожа Мэт протянула чашу, словно подавая ее кому-то, и выронила ее в колодец. Затем она подошла ко мне.

Ее хрупкое тело горело жаждой действий, опасность пробудила в ней молодость. Но на ее лице нельзя было прочесть надежду; нет, я смотрела в лицо человека, глядящего в нескончаемую ночь.

– Кьярт видел это в своем последнем сне, – сказала она, садясь в седло.

Больше о брате она не говорила.

Что же она увидела в чаше? Тревога вытеснила из моей головы все, кроме необходимости поскорее вернуться.

Вести были действительно плохие, и Дагэйл быстро изложил нам все, одновременно отдавая распоряжения своим людям. Воинам надлежало сделать отчаянную попытку, чтобы выиграть время и спасти остальных. Враги шли вдоль реки: это был самый простой путь от побережья.

Мы уже давно решили, что оставаться в крепости и погибнуть в ней – неразумно. Тем, кто не мог сражаться, лучше было уйти в горы и пробиваться на запад.

И мы тщательно спланировали это бегство.

При первых звуках гонга пастухи погнали стада, женщины и дети тоже собирались в путь.

Я прошла в свою комнату, натянула кольчугу, тяжелый плащ, взяла меч и заранее упакованные необходимые вещи. Ингильда уже ушла. В ее покоях как будто похозяйничал враг: все было в полном беспорядке.

Я побежала через холл в комнату госпожи Мэт. Она сидела в кресле с высокой спинкой, держа в руке незнакомый мне жезл – цвета слоновой кости, с вырезанными письменами.

– Ваш плащ, вещи!.. – Я быстро огляделась, однако не увидела никаких приготовлений к бегству. – Нужно уходить!

Госпожа Мэт медленно покачала головой. Она тяжело дышала, как будто ее измученным легким не хватало воздуха. Она с трудом прошептала одно слово:

– Иди… – И затем: – Иди… быстрее, Джойсан!

– Я не могу оставить вас здесь. Крепость нам не удержать. Вы же знаете, мы давно так решили.

– Знаю… И… – Госпожа Мэт подняла жезл.

 – Я долго поклонялась Пламени и старалась забыть иные учения. Но когда уходят надежда и жизнь, каждый должен бороться, как может. Теперь мне ясно, что делать. Надеюсь, я смогу отомстить за Кьярта и за тех, кто уехал с ним. – С каждым словом голос ее становился крепче, она выпрямилась, хотя вставать с кресла не собиралась.

– Мы должны идти! – Я положила руку на ее плечо. Оно было твердое и сильное.

– Уходи, Джойсан. Ты молода, у тебя есть будущее. Оставь меня.