Тройка мечей. Сборник

Как бы Ха-Гарк ни пострадал от времени и постигшего его бедствия, здесь, в самом его сердце, сохранился Свет, неистовый и требовательный, несущий с собой страх – не порождение Тени, а скорее некое предощущение, мощно требующее мужества и силы духа и заставляющее обычного человека отшатнуться.

Но от этого требования невозможно было укрыться. Мои руки дрожали, и дрожь передавалась Ледяному Жалу. Но я не выронил меч – просто не мог. Урук же продолжал идти вперед и остановился в самом центре этого круглого зала, а потом обернулся и кивком подозвал меня.

Я был подавлен, но осознавал, что не в состоянии сопротивляться тому, что столь долго пребывало здесь в ожидании. Три-четыре больших шага – и я присоединился к Уруку. Сюда не нанесло земли. Камень у нас под ногами был чист. Обломки, попадавшие сверху, валялись у стен. Казалось, властвовавшая здесь Сила была исполнена решимости сохранить сердце своих владений. Теперь я заметил, что каменный пол был исчерчен пересекающимися линиями; в них набилась пыль, и из-за нее было непросто что-либо разглядеть.

Урук взял секиру обеими руками, опустился на одно колено и предельно осторожно соскреб налет древней пыли, и стало ясно, что мы стоим внутри изображения звезды. Подчиняясь велению чужой воли, ставшей частью меня, я принялся по примеру Урука острием Ледяного Жала прочищать руны и символы, высеченные у каждого острия звезды; все они были разные. Два я узнал – их использовали в Долине для защиты. Остальные, возможно, я мог бы найти в памяти Толара, но упорно сопротивлялся этому.

Все это время вокруг нас витало, давя на разум и волю, ощущение ждущей Силы. Истощилась ли она хоть сколько-то за века, прошедшие с момента гибели Ха-Гарка? Мне казалось, что нет. Скорее, она накапливала энергию, с нетерпением поджидая освобождения, которое мы ей несли, пусть я и делал это не по своей воле.

Закончив с расчисткой, Урук встал и снова махнул мне рукой:

– Зажги.

Я знал, что он имеет в виду, хотя логика Йонана отказывалась признавать это возможным, даже когда меч Толара уже пришел в движение, намереваясь выполнить свою задачу.

Я медленно двинулся по кругу, вытянув руку с Ледяным Жалом. Я коснулся этим льдом, который неведомым образом превратился в металл, острия каждого луча высеченной в камне звезды. При каждом касании вспыхивал огонь и, не подпитываемый никаким горючим веществом, сверхъестественным образом продолжал пылать на синем камне.