Тройка мечей. Сборник

3

Хотя ночь была безлунной, а слишком далекие звезды практически ничего не освещали, мы шагали сквозь ночь так же, как и уходили от костра в Долине, плечом к плечу – как будто шли по освещенной факелом тропе. Я двигался уверенно, как если бы видел окружающее не глазами, а разумом. А другая часть меня была постоянно настороже, на тот случай, если вдруг кто-то крадется по нашему следу.

Я вернулся из нашего рискованного похода в подземелья фасов уже уставшим и почти не успел отдохнуть к тому моменту, как нас позвали на Совет.

Урук не нарушал воцарившегося между нами молчания ни словом, ни мыслью. Леди Дагона назвала его легендой, но она сразу же приняла его, а это значило, что он не принадлежит Тени. А он знал Толара – однако же я боялся пытаться восстановить неведомые узы, связывавшие нас прежде. Йонан все еще теплился во мне, и его страха хватало для этого последнего отчаянного сопротивления.

Если Зло и кралось за нами этой ночью, оно держалось в отдалении. Возможно, та бойня, что мы устроили у подножия утеса, заставила врагов держаться настороже. А может, они лишь рады были заманить нас с нашей глупостью подальше от Долины, где мы окажемся легкой добычей. По пути я вяло размышлял, что же из этих предположений ближе к истине, но бдительности не терял.

В первом тусклом отсвете пробуждающегося утра перед нами предстал дикий, вздыбленный край.

Теперь нам нужно было пробраться через беспорядочное нагромождение темных каменных блоков, густо поросших кустарником и низкорослыми деревьями. Однако же, стоило мне внимательно взглянуть из-под полуприкрытых век, я видел некие очертания – как если бы здания из дымки и тумана поднимались над своими развалинами и дороги открывались нам.

Урук притормозил. Взглянув на него, я увидел, что его лицо с мрачно поджатыми губами словно окаменело. Он обшаривал лежащие перед нами руины таким яростным и напористым взглядом, словно намеревался одной лишь силой воли вырвать у них какую-то тайну.

– Ха-Гарк…

На этот раз он не воспользовался соприкосновением разумов, а заговорил вслух, словно никак не мог поверить собственным глазам.