Куропаткин. Судьба оболганного генерала

Там невозможно прослыть преподавателем некомпетентным, безвольным и слабым, нетребовательным, не умеющим настоять на своем и в то же время не желающим понять и простить, потакающим всегда и во всем нередко дерзким и не воспринимающим ошибок других юным воспитанникам в погонах.

Но не могло быть и речи о другой крайности: совершенно неприемлемо вести себя с кадетами подобно откровенному казарменному хаму-держиморде. То, что считалось нормой во взаимоотношениях офицеров с нижними чинами, с солдатами и унтерами в строевых армейских подразделениях, с полным подавлением личности подчиненного, нередко сдобренного рукоприкладством и унижениями, – в кадетских корпусах категорически не проходило.

Авторитет и положительную репутацию завоевывали и удерживали только те офицеры, кто проявлял профессионализм и выдержку, умение грамотно подать и доходчиво донести специальный или образовательный предмет до слушателей, сочетать требовательность и индивидуальный подход, имел педагогические навыки и опыт воспитательный работы с осознанным пониманием того, что перед тобой не полуграмотная, безответная солдатская крестьянская масса в серых шинелях, не принявшие присягу на верность царю взрослые, сформировавшиеся физически и морально крепкие мужчины, с которыми вольно делать все что угодно, а мальчики и юноши-дворяне, с еще не окрепшей психикой, несформировавшимся внутренним миром, будущие офицеры, которым через некоторое время придет черед самим воспитывать личным примером и вести за собой в бой сотни и тысячи людей.

Влияние отца на Алексея Николаевича было огромным – он привил старшему сыну системность в работе, сформировал выдержанный, твердый характер и ориентировал именно на тот стиль поведения в кадетской, юнкерской и офицерской среде, который позволил Куропаткину не стать белой вороной и четко следовать здоровым морально-нравственным нормам коллективизма и офицерской чести.

В семье Николая Емельяновича и Александры Павловны Куропаткиных воспитывалось восемь детей, что в то время в России считалось нормой, Алексей Николаевич стал вторым ребенком и старшим сыном.