Планета повелителя зверей

Ноги налились свинцом, в боку невыносимо кололо… Сторм жадно ловил ртом воздух. «Потерял форму, засиделся в Центре демобилизации», – разозлился он на себя.

Теперь надо обдумать, что делать дальше. Вновь расположиться на полосе гравия нельзя – чересчур заметно. Даже если Горгол действительно раздобудет лошадей, раненый слишком слаб и не выдержит дороги. Нужно отыскать какое-нибудь надежное укрытие в полузатопленной долине.

И ведь имелось подходящее место – пещера, в которую они с Дождем вломились во время бури.

Но Хостину ужасно не хотелось туда возвращаться! Пещера находилась к востоку от перевала, примерно в миле от предыдущего лагеря. Вода наверняка уже спала, и попасть внутрь будет проще. Вода… Сухим, как наждачка, языком повелитель зверей облизал запекшиеся губы и решительно выкинул из головы мысли о жажде.

Отдыхать некогда: собрать припасы, усадить незнакомца на коня и немедленно выступать. Теперь идея Горгола выкрасть лошадей не казалась такой уж безрассудной; скакуны и впрямь пригодились бы, конечно, если, пытаясь убежать, они не загнали себя до бесчувствия, – тогда это катастрофа.

– Ты… не… норби… – Сторм вздрогнул. Слова медленно, с трудом срывались с разбитых уст незнакомца. До сих пор Хостин не воспринимал его как живого человека, скорее как некий груз, который приходилось тащить и оберегать. Поэтому, когда спасенный заговорил и слегка повернул голову, повелитель зверей отреагировал не сразу.

Рассмотреть черты разбитого, иссеченного лица с маской из запекшейся крови было почти невозможно; впрочем, сообразил Сторм, его собственный боевой раскрас тоже здорово менял внешность.

– Я землянин, – сказал он чистую правду.

Бывший пленник охнул, но возможно, причиной тому был вовсе не ответ Хостина: как раз в этот момент незнакомец споткнулся и ударился болтающейся рукой о каменный выступ.

– Знаешь… кто… они?

Хостину не требовалось пояснять, о ком идет речь.

– Ксики! – выпалил он.

Это принятое на войне не очень-то благозвучное обозначение захватчиков выстрелом прогремело в ущелье.

Еще не стихло гулкое эхо, как раздался приближающийся топот копыт. Раз Сурра не предупредила об опасности, значит Горголу удалось заполучить коней. Сторм прислонил незнакомца к скале и затаился.

Пожалуй, лишь истинные знатоки лошадей сумели бы сейчас оценить спускающихся по тропе скакунов. Животные были изрядно вымотаны: головы бессильно опущены, морды в хлопьях засохшей пены, глаза остекленели. Хорошо хоть на ногах держались.