Бойня 1993 года. Как расстреляли Россию

Фактически на тот момент она составляла 14,6 квадратного метра. Чтобы стало по 22 метра, предстояло за 15 лет построить 2190–2250 миллионов квадратных метров жилой площади. Это было физически невозможно, и, уж конечно, Горбачев это прекрасно знал.

Для справки: с 1986 по 1990 год было возведено 650 миллионов квадратных метров жилья – 25 % обещанного[6 - http://www.obeschania.ru/documents/promises/k-2000-godu-kazhdaya-semya-budet-zhit-v-otdelnoj-kvartire#ixzz2T5TbWXXi (http://www.obeschania.ru/documents/promises/k-2000-godu-kazhdaya-semya-budet-zhit-v-otdelnoj-kvartire#ixzz2T5TbWXXi)].

Это только один пример совершенно чудовищной лжи, а привести таких примеров можно очень много. Безответственную и лживую болтовню номенклатуры венчает брехня Ельцина уже времен независимой России: «великий реформатор» пообещал, что «ляжет на рельсы», если повысятся цены. Цены взлетели через 48 часов после его подлых «клятв». Лег ли лживый негодяй на рельсы, вряд ли имеет смысл спрашивать.

Последствия безвременья

Естественно, политика Правительства СССР 1986–1991 годов могла вести только к тому, к чему вела: к развалу и дезорганизации, к отсутствию всякого промышленного роста, но при этом к инфляции и к росту цен.

Именно во время правления Павлова и Рыжкова сократилось обновление основных фондов, производство средств производства, все нарастала дифференциация доходов групп населения.

Эта политика имела своим следствием системный кризис экономики уже Российской Федерации в 1991–1998 годах.

А еще в СССР в 1988 году начали вводить карточки, изящно именуемые «талонами»: на человека полагалось в месяц кусок мыла, килограмм сахара, бутылка водки. Талоны мгновенно стали сами по себе средством обмена и купли-продажи. Практически непьющая семья с двумя маленькими детьми и с бабушкой получала талоны на 5 бутылок водки и обменивала их на талоны на сахар и мыло. Вот мыла-то им нужно было много…

В народе родилась ехидная поговорка: «Вам руки с мылом помыть или чай с сахаром?» – спрашивали у гостя, и все заливались веселым смехом.

Впрочем, во многих городах вводились талоны на муку и крупы.

К концу 1990 года дефицит мяса, колбас, даже печеного хлеба достиг таких пределов, что к середине дня пустели полки магазинов в Москве и Петербурге. Я (и другие провинциалы) с удовольствием слал столичным знакомым «продуктовые посылки», но для одиноких стариков или для женщин с маленькими детьми все становилось совсем невесело.