Колдовской мир

Кто он, этот Брайант? Где откопала его колдунья? Может, он влюблен в наследницу Верлена или рассчитывал на наследство и теперь злится, что остался на бобах?

Колдунья рассмеялась:

– Ну, это дело вкуса. А ты, вероятно, прав, Саймон. Я думаю, с тех пор как Альдис узнала о женитьбе Ивиана, она плохо спит по ночам, мучаясь сомнениями, долго ли еще герцог будет держать ее подле себя. Если это так, то она вполне созрела для наших целей.

– Я готов поверить, что в такой ситуации Альдис станет искать помощи, – заметил Саймон.

Колдунья укоризненно покачала головой:

– Конечно, мне нельзя действовать здесь открыто, как колдунье из Эсткарпа, но в Карсе я не впервые, и у меня есть определенная известность. Видишь ли, мужчины и женщины, а особенно женщины, всегда желают знать, что их ждет. За последние три дня ко мне дважды приходили служанки Альдис под чужими именами и с вымышленными историями. Когда же я назвала их настоящие имена и кое-что о них рассказала, девицы с круглыми глазами побежали к своей госпоже.

– Но зачем она тебе, если ее влиянию на герцога скоро придет конец?.. – Корис помотал головой. – Женщин, вообще-то, трудно понять, а сейчас я совсем запутался. Наш враг – Горм, а не Карстен! По крайней мере, мне так казалось.

– Горм! – За внешним спокойствием колдуньи таилась буря эмоций. – Горм всюду тянет свои грязные лапы!

– Ничего не понимаю! – Корис тяжело опустил кулаки на стол.

– Вернее сказать – Карстен тянется к Горму, проще – продает им людей! – возбужденно произнесла колдунья и закрыла лицо руками. – Мы уже видели в Сулькаре, что кольдеры сделали с воинами Горма, превратив их в послушное оружие. Но Горм всего-навсего маленький остров, и, прежде чем он пал, многие его защитники погибли, лишь оставшихся в живых сделали одержимыми.

– Верно! – Корис помрачнел. – Едва ли на Горме они взяли много пленных.

– Вот именно.

– Должно быть, с живой силой у кольдеров туговато, – полувопросительно сказал Саймон, напряженно обдумывая различные варианты.

– Очень на то похоже. Во всяком случае, сами они почему-то не могут или не хотят воевать. Даже сейчас, когда кольдеры стоят буквально у нас на пороге, мы почти ничего о них не знаем.