У края

– Серджо говорит, падуанцы не знают итальянского, а потому ничему не могут научить, – “перевела” Лариса уже известные мне взгляды моего друга-тосканца, – Серджо сказал, эта женщина хитрая. Она хочет пристроить детей. У нее два сына, – открыла мне Америку “переводчица”.

– Пойдем, Анатолий! – вдруг решительно схватил за руку Серджо, – Чао, синьори! – сделал он ручкой итальянцам.

– Так нельзя, Серджо! – возмутился я.

– Можно! – ответил он, грубо заталкивая меня в “Мерседес”, – Поехали! – резко рванул с места, потеряв так и не успевшую вскочить Ларису.

Стремительно набирая скорость, свернули на мост через крепостной ров у гостиницы “Алла Торрэ”. И на мосту вдруг увидел Марию, приветственно машущую рукой.

Я махнул в ответ и проснулся.

Приснится же такое. Все, как наяву, словно посмотрел документальный фильм.

А рядом посапывали иностранцы. До посадки еще час.

Да-а-а.. Действительно хитрая женщина, эта Мария.

– Наши родители познакомились. Теперь мы, – намекнул он.

После долгих колебаний Светлана все же решилась на недельную поездку. То было ее первое зарубежное путешествие. Вернулась с массой впечатлений и очередным приглашением. А вскоре улетела на целых три месяца. Дом опустел.

А потом случилось то, что должно было случиться – в очередной поездке ей отказали. Теперь только через год, заявили в итальянском консульстве.

Месяц ежедневных звонков, и Маттео засобирался в Москву. Из консульства Светлана вернулась сияющей, но нам так ничего и не сказала.

Открылась лишь вечером, после очередного разговора с Маттео:

– У меня, оказывается, есть разрешение на неделю, – сообщила она.

– И что? – забеспокоились мы.

– Сказали, езжай, а там решайте.

– И что вы решили?

– Маттео сказал, приезжай насовсем.

– Как насовсем?! А ты?

– Еду, – однозначно сообщила свое решение дочь.

Потом, правда, были еще три месяца, которые ей позволило российское консульство в Милане. Но, все завершилось телефонным звонком от Маттео. Он что-то говорил, сбиваясь с итальянского на английский, а я, как тогда в Италии, не понимал ни слова.

– Светик, что он хочет сказать? – спросил у дочери.

– Просит моей руки, – ответила та.

– А ты?

– Я согласна.

На свадьбу так и не попали, и вот уже полтора года мы не видели нашу доченьку.