Дочь костяных осколков

В первые недели отношений все было словно напитано золотистой дымкой и казалось ярче и лучше, чем в реальности. Но потом какие-то слова или поступки Фалу все чаще стали напоминать Ранами об огромных различиях между ними. Фалу была милой, потому что ее мама была простой женщиной. Фалу жила во дворце, ела, когда была голодна, и ложилась спать, когда уставала. Она носила простую одежду не потому, что у нее не было другой, а потому, что ей не нравились шелка. У Фалу всегда имелся выбор, причем не из двух, а из сотен возможностей.

У Ранами все было иначе.

– Мы поссорились, – призналась она Джио. – Но она всегда возвращается.

Фалу могла в запале наговорить колкостей и убежать, хлопнув дверью. Ранами нравилось, что ее любимая такая страстная, хотя временами из-за своего темперамента она вела себя как маленькая дурочка: всегда возвращалась, обычно спустя всего несколько минут, просила прощения, ластилась, и страсть вспыхивала снова.

Поэтому, когда Ранами связалась с мятежниками, чтобы они устроили это якобы похищение, она была уверена в том, что Фалу в тот же вечер, подобно тайфуну, примчится к руинам Аланги.

Но этого не произошло, им пришлось заночевать в этом месте, и теперь утренний туман мелкими капельками оседал у них на ресницах.

Джио поскреб щетину и положил руки на меч у себя на коленях.

– Может быть, в этот раз она решила не возвращаться. Фалу всегда избавлялась от любовниц, как рыбак выбрасывает в море мелкую рыбу.

Но Ранами знала, что она не какая-то мелкая рыба, только не для Фалу.

Она знала это, как знала все улочки в городе.

– Нашим отношениям три года. Какой рыбак будет столько времени держать у себя рыбу, которая его не устраивает?

Джио пожал плечами:

– Тут ты права, однако ее здесь нет.

– Держи своих людей наготове, – посоветовала Ранами. – Когда она придет, может снести пару голов у себя на пути.

План был далек от идеального, но все предыдущие попытки достучаться до Фалу были как об стенку горох.

Как еще заставить ее слушать? Остров разделился, жители конфликтовали, видели перед собой разные цели. Единственный человек, который может залечить эту рану, – губернатор острова.

Нельзя было просто взять и сказать Фалу, что в сложившейся ситуации следует предпринять такие-то и такие-то политические шаги. Фалу надлежало понять, почему их следует предпринять, она должна прийти к этому пониманию сама, без помощи своей возлюбленной.