Дочь костяных осколков

Закрыв за собой дверь, я выдохнула, скинула мокрые грязные тапки и достала из-под кровати чистые.

Отец и Баян оба не ложились спать допоздна. Надо было подождать, поэтому я села, поджав под себя ноги, и последовала совету Баяна – стала медитировать.

Каким бы волшебным образом ни воздействовала эта практика на Баяна, со мной это не работало. Я не могла отрешиться от мыслей о Нумине – постоянно вспоминала, как он хмурился или как смеялся, когда рассказывал о своих детях. Медитируя, я смогла расслабиться, но никаких откровений это состояние мне не принесло.

Я сосредоточилась на собственном дыхании и ждала, а когда ночь стала по-настоящему тихой, вышла из комнаты в спящий дворец.

Лампу решила не зажигать – лунный свет просачивался через ставни, и этого было достаточно, чтобы не врезаться лбом в стену, да и коридоры дворца были мне хорошо знакомы.

Первым делом на всякий случай подошла к комнате Баяна. Если отца при желании можно было назвать рабом привычки, то Баян был этаким неугомонным призраком: не угадаешь, когда он появится и в каком настроении.

Остановившись у двери, я замерла и прислушалась. Дыхание Баяна было ровным, как накатывающие на берег волны.

Потом вернулась в комнату осколков и попробовала открыть новым ключом дверь с дымчатым можжевельником. Ключ застрял, я и наполовину его вставить в замок не успела. Не подходит. Я шла от двери к двери, мое дыхание отражали стены, шаги звучали, как шорох щетки из щетины. Поежилась, когда проходила мимо фрески с людьми Аланги. Ночью коридоры дворца казались больше, как будто темнота раздвигала их стены.

Десятая попытка оказалась удачной. Эта дверь была напротив комнаты вопросов. Внутри темно, хоть глаз выколи, даже намека на лунный свет не было. Лампу у дверного косяка я нашла на ощупь и разожгла не с первого раза, а когда в комнате стало светло, чуть не вскрикнула от восторга. Мне повезло – я оказалась в библиотеке.

Обстановка напоминала комнату осколков, только вместо ящичков вдоль стен тянулись заставленные книгами полки.

И еще там были ковры на полу, мягкие кушетки между полками и окна высоко под потолком. Днем, когда солнечный свет падал на золотые буквы на корешках, там наверняка было очень уютно и красиво, а вот ночью возникало такое чувство, будто я забрела на полянку в чаще леса.

Я поставила лампу на приставной столик и начала просматривать книги. Большинство было по истории и философии, но потом я наткнулась на корешок с незнакомыми символами и сняла книгу с полки.