Хоккей. Родоначальники и новички

Для начальства каждую зиму возводилась небольшая – человек на пятьдесят – деревянная трибуна. С нее-то наши тренеры и спортивные руководители и наблюдали за «пробой сил». И, надо сказать, каждый раз покидали стадион с плохим настроением.

Сейчас, когда с той поры прошло немало времени, могу признаться, что тогда я слегка схитрил. Утаил от соперников две тройки нападающих – армейскую и динамовскую, – а также пару защитников – Никанорова и Виноградова с вратарем Меллупсом. Не хотелось выкладывать сразу все козыри.

К тому же я полагал, что в открытых матчах немалую роль может сыграть неожиданность.

Наш второй состав, хоть и бился вовсю, проигрывал соперникам с разницей в шесть-восемь шайб. При этом мы чувствовали, что чехословацкие хоккеисты еще и берегут себя, до конца не выкладываются, действуют вполсилы.

И вот проба сил позади. Заявляю руководителям нашего спорта, что команда готова к открытым матчам. А мне отвечают: они не состоятся. Руководство настолько уверилось в нашем неизбежном провале, что поручило мне поблагодарить чехословацких игроков и тренеров, извиниться за беспокойство и завтра же проводить их домой.

И тут, полагаю, пригодилась моя безрассудная смелость, а может, и несдержанность. Я не вошел – буквально ворвался в кабинет генерала Аполлонова,[4 - На момент проведения игр генерал Аполлонов был заместителем министра внутренних дел СССР. (Прим. ред.)] руководившего тогда спортивным движением страны, и стал требовать проведения отмененных встреч. Уверял, что все девять хоккеистов, не принимавших участия в тренировочных играх с чехословацкой командой, горят желанием дать соперникам бой.

Что без этих трех открытых встреч мы практически не получим ничего полезного и важного от общения с лучшими хоккеистами Европы. Что негоже обманывать народ, любителей хоккея, которые почти круглосуточно косяками ходят вокруг динамовского стадиона в ожидании этих матчей.

Была созвана коллегия Спорткомитета. Большинство высказалось против этих встреч.

Боялись не столько нашего поражения, сколько оргвыводов.

Перелом наступил, когда нас поддержал первый секретарь ЦК ВЛКСМ Николай Александрович Михайлов. Сперва он спросил меня, на чем основана моя убежденность в том, что наша команда возьмет верх. Я ответил, что в скорости действий советские хоккеисты превосходят соперников, что благодаря этому мы сумеем наладить быструю игру в пас. При таком темпе соперникам состязаться с нашей командой будет непросто.