Танки генерала Брусилова

Машина сползла на реверсе к пологому дну оврага, тронулась и на полном ходу около пяти вёрст в час перевалила таки на дорогу. Великий князь снова пришёл в отличное расположение духа.

На преодолении препятствий не раз рвались гусеницы, затем вышли из строя фрикционы. Грязью забивались пазы на траках, куда должны входить гребни ведущих колёс, и они проскальзывали. Ружейным выстрелом лопнула рессора опорного катка. Так что опыты показали не столько качества трактора, сколь умение мастеровых мигом исправлять его на коленках и в поле.

– Не расстраивайтесь, господа, – великодушно урчал Пётр Николаевич. – Сие не официальный показ комиссии с августейшим участием, но, так сказать, первая проба пера. Так что неплохо, совершено недурственно.

Берг за свою долгую службу множество раз общался с императорами Александром Вторым и Александром Третьим, великим князем Николаем Константиновичем и другими императорскими родственниками. Нынешнее поколение Романовых по сравнению с ними обмельчало. Поговаривали о неких талантах князя Сандро, но Александр Маврикиевич едва его знал.

Пётр Николаевич старался произвести положительное впечатление, но не технический он человек и в первом приближении. На пост генерал-инспектора по инженерной части его забросила монаршья блажь. Николай Второй терялся тогда в догадках – как к делу пристроить невоинственного и нечестолюбивого родича, поручив в итоге дело, которое царю не казалось важным.

Тем временем огнедышащее чудовище с переменным успехом форсировало небольшой ручей, побуксовало на грязи, походя снесло гусеницей несколько тонких берёзок и заполнило вонючим мазутным дымом живописные гатчинские окрестности.

Василий с механиком остановили машину чтобы долить топлива и воды. Из свиты Петра Николаевича отделился фотограф, установивший треногу для увековечивания плодов русского изобретательства. Великий князь тем временем предложил опробовать трактор на подъёме «вон на тот холмик» и пригласил участников опытов в царскую резиденцию на обед.

Берг прикинул, что машина, не одолев склон, просто скатится назад, и на беду согласился.

Рукотворный курган на окраине Гатчины, не убранный после некого строительства и согласно правилу, что нет на Руси ничего более постоянного нежели временное, имел крутизну ската градусов пятьдесят-шестьдесят на глаз. Механик дал мазут в топку до упора, поднял давление, и агрегат ринулся на штурм последнего препятствия, громко чавкая паром и гремя гусеницами.