Подлодки адмирала Макарова

Подумаешь – отошли, погрузились, всплыли. Только морячок, бросавший швартовочные концы, удивленно промолвил:

– Мокрые все.

Разбор причин отложили до завтра. Джон пытался было шпынять «уголька», но тот вышел невиновным. Сломался стопор захлопки вентиляционной трубы, сиречь заводская недоделка. Объяснения – почему самый удалый член экипажа не завернул носовые захлопки и чуть всех не утопил – у ковбоя не нашлось.

– Не знаю, что и сказать. Страшно стало, как никогда в жизни. Когда с «кольтом» против пятерых ходил и то не боялся.

– Делаем выводы. – За неимением лучшей обстановки Берг восседал на пустой бочке в пяти ярдах от «Щуки». – Их много. Первое и главное. По пьяному делу да с похмела к кораблю и близко не приближаемся. Что в обычном флоте не гоже, на подлодке – смерть.

Соучастники потупились и пожали плечами. Возразить нечего.

– Далее. Моя и Бурачека ошибка, да и вы не подсказали. Люки открываются наружу, а обе захлопки внутрь. Рано или поздно их непременно должно выдавить. Духовую трубу режем. Герметизироваться она будет на рубке с открыванием наружу. На дымовой трубе клапан ставим подобным же образом. Обязанность их закрывать переходит ко мне. Отныне общее правило – все люки, лючки, клапана прочного корпуса открываются наружу и прижимаются давлением.

– Мастер, вы обещали выхлоп в воду организовать.

– Помню, Том. Газы после топки придется охлаждать и вентилятором отводить. Пока не будем усложнять. Третье. После погружения захлопки главного балласта закрывать немедля. Чтобы воздух при всплытии зря не расходовался. И четвертое. Мы достойно себя показали. Лодку не бросили, в истерику не впали, разрешили аварийную ситуацию. Сами справились и своим ходом вернулись к причалу. Джон, не страшно снова под воду отправиться?

– Доверите? Больше не подведу. Только просьба есть.

Джон ковырнул сапогом брусчатку, словно нашкодивший отрок.

– Вы нами по-русски командуете. Пока соображу…

– Просьбу понял. Отказано. Я обещал тебе службу на флоте. «Щука» – русский корабль, хоть пока не военный. На его борту отныне будет только русский язык. Это я говорю тебе как немец англосаксу.

Американец ленился. Он вполне прилично понимал и говорил, иногда вставляя английские слова и не в силах освоить русское построение фраз. Том продвинулся гораздо дальше.