Подлодки адмирала Макарова

Я ему влепил прямо в зад, он так и свалился на рельсы – с дыркой в заднице. Так что спасибо, черный брат.

– Нет проблем, белая тля.

Берг заметил, что стрелок избавился от остатков кандалов.

– Скажи, парень, мог ведь запросто к ним переметнуться. Сам-то на виселицу ехал.

Ковбой сунул цигарку в угол щетинистого рта и чиркнул спичкой.

– Верите, кэп, так бы и сделал. Но вы мне душу разбередили. И охотнику ствол к башке приложили. Выходит, спасли меня, а потом я вас с угольком.

– О'кей. Дальше-то что делать намерен?

– Хрен его знает.

– Мы как раз туда собрались.

– Здорово. А что такое Россия?

– Государство. Куда больше, чем Соединенные Штаты.

– Не верю! Простите, кэп. Страны всякие, что не в Америке, для меня вроде как сказка. Услышать могу, а поверить – если только сам увижу.

Берг глянул испытующе.

– Так в чем дело? Поехали. На службу морскую там иностранцев берут, уважают. Иной раз – пуще, чем своих.

– Снова здорово. Только здесь одно дело не решено, жаль оставить.

– Ну, тогда счастливо. Будешь в России – заходи.

– Не торопитесь, – Малыш воровато глянул в сторону. – Дело верное, но в одиночку не поднять.

– Давно я банков не грабил, – ухмыльнулся Том.

– Никого грабить не надо, – уголовник хлопнул грязной лапой по столешнице. – Для того свои спецы есть. Все, что надо, награблено четыре года назад. Про золото Конфедерации слышали?

– Оно на каждом шагу, где ни копни, – механик отхлебнул бурду, имитирующую кофе.

Бергу стал неинтересен дальнейший разговор. Байки про клады развалившегося союза муссируются года с шестьдесят четвертого или пятого.

– Там немного. Три сундука фунтов по сорок каждый. Милях в семнадцати от Монтгомери, Алабама. Золото предназначалось для отправки во Францию через Новый Орлеан.

– Секретная карта на пергаменте, начертанная кровью. Тебе вручил ее хромой Одноглазый Билл перед смертью.

– Нe-а. Брат рассказывал. Он был среди тех, кто конфедератов грабил, пока я служил на флоте.

– Где ж его остальные подельники? – ухмыльнулся Берг. – Небось, давно выкопали золото.

– Умерли все. Поссорились они. Брат хорошо стрелял. Семейное у нас. Ну и… короче, умерли эти остальные. Потом меня к свободной жизни приобщил. Место показал, но настрого запретил трогать, пока война. Это запас на потом. А мы перебивались по мелочи, чисто на жизнь.