Жизнь прожить – не поле перейти. Книга 3. Семья

Мария, закрыв

глаза, с улыбкой на алых губах дождалась нежного

прикосновения губ. Лицо окрасилось в пунцовый цвет. Ей вспомнилось, как на свадьбе она ощущала это

прикосновение под хохот и пожелания с присказками

подвыпивших гостей, и стариков и молодух, сыпавших

советами, и тогда это казалось ей неприличным и лицо оставалось бледным. Её чувства были скованы на людях, как бочка железным обручем. Сейчас же она раскрыла все свои чувства и так прижалась к любимому, что у того на спине расползлась рубашка залежавшаяся на дне сундука.

Когда солнце достигло зенита и стало жечь нестерпимо, положив косы в тень, сходили к реке, поплескались и

остудили тело. Набираясь сил, самую жару перетерпели

под берёзой после обеда. Степан растянулся на траве, сон сморил его. Радужные круги мельтешили в глазах, а потом темнота погрузила в сон, где пели райские птицы и в поле ходила, в длинной рубахе, с ромашковым венком на голове, его Мария. На устах, храпящего во сне, блуждала улыбка, а у его груди сидела Мария и отгоняла назойливых слепней.

Когда она бросала взгляд на плечо мужа и видела синий шрам от куска металла, у неё по телу пробегал холодок.

После обеда прикатили на телеге отец с матерью и Василий с пышногрудой девицей, которая так отплясывала на свадьбе, что удивила всех. У неё на хуторе скрывался от мобилизаций Василий. Там прижился и сошёлся. Запылал костёр где Наталья (так звали подругу Василия) затеяла чай с супом. Отец, по-хозяйски, осмотрел покос и остался доволен увиденным – травы были высокие, в соку и не полегли от ветров.

Василий натаскал из рощицы сухостоя. Каждому нашлось дело. Степан отбил ещё две косы. Фёдор подошёл к Марии:

– Как, дочка, не утомилась? Эвон сколько навалили!

– Привычная я, да и день сегодня первый как за косу

взялись.

Тут и Василий слово вставил: -Ты шибко не налегай и

для муженька поберегись.

– А ты, родственничек, свою кралю побереги. И откуда ты такую выкрал? Никак как в бегах был, так в лесу и встретил. Что – то раньше я её не замечала.

У неё то сил в избытке. На свадьбе так отплясывала, что тебя шатало. Смотри, как бы тебя не свалила.

– Вот так отбрила, – засмеялся Фёдор и Меланья растянула на лице улыбку.

– Скоро ли на твоей свадьбе гулять придётся, братишка? -подключился к разговору Степан.

– Вот если от армии сбегу и война кончится, то и у меня попляшите, -отшутился Василий.

После обеда, Фёдор, принявший командование на себя, распределил всех по работам.