Судьба калмыка

Вот знаете, замялся Максим, мне бы досок с десяток путь не совсем новых и гвоздей. Ремонт кое какой надо сделать да и спать негде. Пошли. Вон, из этой кучи выбирай любые обрезки, для котельной привезли, все равно сгорят. Вот эта кэтэшка к вечеру в лесосеку уйдет, пока свободна. Подгони ее загрузи, и на обед заодно отвезешь и меня. Я вон выше живу. Ой, спасибо! Спасибо! Ладно давай устраиваться. Ну, а про ремонт трактора не забудь, если даже на день с ремонтом опоздаешь, увезут, разрежут даже почти готовый. Все зависит от тебя.

Пацана – ученика я тебе дам для подмоги. А рабочая единица техники нам не лишняя. Ну я пошел. И завгар ушел в другой конец гаража. Максим зашел в конторку выписал спецовку, карточки и в прекрасном настроении пошел на склад. Получив комбинезон и рабочие ботинки, он тут же переоделся и зайдя в ремонтный цех попросил инструменты для ремонта трактора. Два домкрата мне надо. На кой? Кабину буду править. Без сварки? Без. Вытянешь? Думаю, да. И еще две лампы паяльные. Возьмешь. А сейчас вот ту кэтэшку до обеда мне дал завгар. Знаю. Бери. Колька! Крикнул усатый бригадир щуплого парнишку. Ему помогать будешь, пока побитую кэтэшку ремонтировать будете. Колька стоял и хлюпал носом, смотрел на Маскима и молчал. Васильич сказал! Вот бери инструмент и домкраты и туда. А че другой работы нет? Наконец выговорил пацан. Сейчас по ушам за прежнюю работу надаю, за то что не сделал. Я тебе убегу купаться во время работы! Да я ниче, пойду если надо! И бурча под нос: Под калмыка уже поставили, дожили. А я ведь в комсомол поступать собираюсь! Вот работу выполнишь поступай куда хочешь! Вдогонку крикнул ему бригадир. Подойдя к трактору Максим показал парнишке: Коля, ты пока откручивай вот эти гайки, лафет скинем и поправим. Угу, поправишь тут, в кузне работы невпроворот, а без пол-литра туда не сунешься. А нам кузня не нужна, мы сами с тобой выправим. Давай, пока сделай, что я сказал, а я пока вон ту кэтэшку заведу и разогрею. Примерно через полчаса вокруг побитого трактора крутился его здоровый собрат зацепившись крюком своей лебедки за исковерканный лафет – фартук, смеясь и скаля белые зубы Максим стащил его и поволок на ровную площадку. Потом стал наезжать своими гусеницами то на один край лафета, то на другой, то на середину. Искореженный мощный железный лист, под тяжестью трактора стал выправляться. Пришлось несколько раз переворачивать лист подкладывать под него бревнышко или камень, наезжать снова гусеницами и наконец лист стал почти ровным.