Судьба калмыка

 – Молодец! – видя замешательство старух, которые не разговаривали по-русски, а ребятишки почему-то старались вворачивать именно русские слова, хотя бывало и невпопад. Максим обратился к ним: Эк Алтма, эк Алтана, нанта хальмгагхар кююндит. (Мать Алтма, мать Алтана, говорите со мной по-калмыцки). Би таниг сяянар меджянав! ( я хорошо понимаю вас!). Сяянар! Ханжинав! (хорошо, спасибо) – закланялись обрадованные старухи. Ребятишки притащили алюминиевые чашки, кружки, ложки и расселись прямо на земле у скамейки. – садись, садись, – приглашали они Максима.

Он смело уселся на землю рядом с ними и стал развязывать свой солдатский мешок. Вынутый кирпич хлеба затвердевшего за дорогу произвел на всех громадное впечатление. Солдатский хлеб, с войны, – самый вкусный – перешептывались пацаны. А когда была вынута банка говяжьей тушенки на которой была этикетка с коровой, радости не было предела. – Ну, а это мы потом разделим, – и Максим вытащил два куска сахара, величиной со спичечный коробок каждый. – Ух ты, – восторгались ребятишки.  – А как будем делить? – интересовались они. – А вот ножом расколем, – поверг совсем в шок он ребятню. В его руках был настоящий солдатский складной нож, на который разинув рты смотрели пацаны. Лишь единственную девчонку – Сюлю – нож не интересовал, она во все глаза смотрела на медали, осторожно трогая их пальчиками. Максим глянул на старух разливающих похлебку по чашкам и кружкам и спросил: Хлеба половину сейчас съедим, а остальное на вечер? Хорошо? И отрезав полкирпича хлеба, другую половину он передал вместе с тушенкой одной из старух. Та бережно прижав все это к груди, тотчас унесла в избу. Максим внимательно оглядел всех, пересчитал и спросил: Все здесь? – Все, все! – почти хором ответили дети. Шестеро детей и две старухи следили за его действиями. Подумав он повертел в руках полкирпича хлеба и не спеша разрезал его на восемь равных кусочков. И разложил их перед каждым, сидевшим за столом. Ханжинав, Ханжинав спасибо! Все дружно принялись хлебать похлебку. Обжигаясь Максим тоже смешно глотал варево и удивлялся: – до чего же вкусно! Даже с мясом, почти махан! Ага! – отозвался Мутул. Лесовоз раздавал соседскую курицу, мы принесли ей, говорим, возьми, суп сваришь. Она увидела что все раздавлено, заплевалась и прогнала нас. Мы взяли, ощипали на костре осмолили и вот суп. Совсем вкусно! – засмеялся пацан. А у тебя хлеба нет! Заявил совсем маленький Цебек и отщипнув кусочек, положил около чашки Максима.