Цветы и Бездна

Я открыла глаза и увидела, что мои руки превратились в крылья, а ноги свернулись в пучок перьев. Я взмыла в воздух, стараясь удержаться на крыльях, которые едва ли могли выдержать мой вес.

Я услышала, как Крисса испуганно взвизгнула, когда Асдара схватили. Он почти и не сопротивлялся, что разозлило и без того злых инквизиторов, и ему отвесили пару ударов.

Я пыталась себя убедить, что ничем не смогла бы помочь, и все же мне плохо это получалось. В облике птицы, с трепетом в груди и слезами на глазах, я опустилась на один из шпилей храма, откуда хорошо было видно, как на глазах собирается конвой, как особо не церемонясь они выдвинулись в сторону Запада – в сторону столицы.

«Увидимся ли мы еще…» – в моем сердце бушевало отчаяние и бессилие, я знала, что с ним может произойти… Моя голова опустилась в крылья, я заплакала.

И не заметила, как пара других воронов – Асдар превратил меня именно в ворона – примостились рядом, и что они уже довольно долго наблюдают за мной, буравя своими умными глазами-бусинами, пока наконец один из них не заговорил.

– Что случилось, сестра моя?

Птичий язык был совсем не похож на человеческую речь, но все же я понимала каждое слово и рассказала им.

Вороны понимающе кивнули, а потом один из них тихо заговорил, и в его словах, таких непонятных и похожих на песню, я слышала шелест ветра и древние заклятия, все еще помнят которые одни только вороны. Я сама не заметила, как смогла успокоиться, продолжая завороженно вслушиваться.

Странная песня закончилась, и ворон посмотрел мне прямо в глаза.

– В час великой нужды каждый ворон знает, что его королева его защитит. Она знает, как одолеть любое несчастье, знает ответ на любой вопрос. Она – та, кто поможет. Ветер уже шепчет ей о тебе…

– И где же ее найти?

– Там же, где и все остальное…

Вороны загалдели, и в их выкриках я ясно услышала то, что и сама знала: Нистар.

– …а плохим людям мы выклюем глаза. Твой друг будет в безопасности.

И они сорвались с крыши в сторону, где исчез конвой.

«Не думаю, что у них получится… Зачем он только сделал это!» – никогда еще меня не терзало такое огромное чувство вины. Я приносила ему одни лишь страдания, а он пожертвовал собой ради меня…

Я сорвалась вниз и снова взмыла в воздух, расправив крылья и ощутив, как ветер подхватил меня. В этот раз полет не показался мне таким уж ужасным. Я бросила последний взгляд на храм.