Лето, в котором снова ты

– Надо поднять повыше, чтобы кровь не так сильно шла, – прокомментировал он, – Вадян, сгоняй в администрацию за аптечкой.

Вадик кивнул, и побежал в сторону домика администрации.

– Эль, есть чистая вода?

– Да, сейчас, – Эля отошла к столику с зонтиком, где вся компания оставила свои вещи.

Двое Сашей обступили Олю с двух сторон.

– Сильно больно? – сочувственно спросил Калинин.

– В обморок не грохнусь. Больно, конечно, но терпимо.

– Сейчас удалим эту штуку, промоем рану, перевяжем и поедем в больницу, – Саша взволнованно посмотрел Оле в глаза.

– Думаешь, стоит? Это просто порез.

– Это глубокий и широкий порез, причём на таком месте, которое постоянно задеваешь. Ты сейчас у моря, высокая влажность. Открытая рана может загноиться, и лечить потом будешь долго. У меня батя в морфлоте служил. Пока ты рядом с морем, раны очень плохо заживают, уж поверь. Лучше заштопать.

– А сам ты откуда?

– Новосибирцы мы, Ольчик, – Саша-Пухляша доброжелательно хлопнул её по плечу, – а вы с подружкой откуда?

– Вы не поверите… Мы тоже.

– Оооо, землячки, значит!

– Да уж, стоило приехать в Геленджик, чтобы здесь познакомиться, – Саша Калинин усмехнулся, – о, а вот и Вадик бежит. С тазиком…?

Без тени одышки Вадик подбежал и протянул Саше аптечку:

– Сажай на стул, над тазиком промоем рану от песка, чтобы не свинячить тут.

Не успела Оля возразить, что доскачет до стула сама, как Саша подхватил её на руки и перенёс к столику.

– Готова?

Оля кивнула и отвернулась.

Саша надел перчатки, обмыл ногу от песка. Вынул осколок моллюска. Из раны хлынула кровь. Саша залил рану хлоргексидином, обложил бинтами вокруг пальца.

– Оль, на пять минут надо прилечь, чтобы поднять ногу повыше. Не видно, остался там песок или нет, и я уже вычищать не полезу.

Эля села рядом:

– Давай голову ко мне на колени.

– Сань, ногу ей помоги подержать.

– Хорошо. Я пока приберу тут все. И администрации впесочу за отсутствие медика на месте и за такие подставы в песке! – сжал кулаки Вадик.

– Да пожалуйста, – отстранённо ответил Калинин, – только бинт один оставь, понадобится ещё.