Жизнь в цвете хаки. Анна и Федор

Вошел в дом, поужинал молоком и свежим хлебом, надел вельветку и вышел за калитку. Постоял, подумал и пошел вверх по улице в сторону дома Зарудных.

Прошел мимо туда-сюда, немного постоял в переулке, народу вечером на улице нет: все были заняты каким-никаким хозяйством. Ночь приближалась. Не зная, куда себя деть, не имея еще друзей-погодков, с кем бы можно поговорить, посидеть, он со злостью вспомнил слова сестры. И, круто повернув от переулка, вышел на тракт, пошел в сторону дома Мариши. Сам не осознавая до конца, что делает и зачем, он открыл калитку, вошел во двор, постучал в освещенное лампой окно.

Занавеска отдернулась, выглянула Мариша, охнула и быстро вышла на порог.

– Пустишь?– коротко спросил Федор.

– Заходи,– как ни в чем не бывало проговорила та, словно расстались только вчера.

Когда Федор вернулся домой, он и сам не знал. Но такое разочарование его охватило, такая досада грызла душу, когда проходил мимо усадьбы Зарудных. Он терзался теперь мыслью о непоправимости содеянного, но, придя домой, уснул и тогда только вскочил с постели, когда петухи закричали.

***

Дни понеслись один за другим. Федор работал, учил мужиков, общался с ними на работе, ремонтировал технику, старался забыть все, что произошло. Изредка встречал на пути к своему дому Маришу – та нарочно приходила на его улицу вечером – отводил глаза, коротко здоровался и проходил мимо. Аню он больше не видел и ничего о ней не слышал. Только какая-то смутная тревога все чаще терзала его душу.

Однажды он снова решил встретить ее у магазина, наблюдая за проходящими по дороге мимо мастерских.

Но девушка не появлялась. Не заболела ли, не уехала ли, тревожился он. Но все-таки он подсмотрел момент, когда она тихонько шла по дороге снова в магазин. Ветерок раздувал легкое платье, оно крутилось между ног, заставляя останавливаться и поправлять подол. Федор радостно вышел вслед за девушкой, догнал ее на пути и окликнул:

– Аня! Здравствуйте! Вы в магазин? Я тоже: надо спичек купить мужикам,– чуть запыхавшись проговорил он.

Аня, не останавливаясь, внимательно посмотрела на Федора, кивнула на приветствие, и, пожав плечами, молча продолжала путь. «Что он привязывается? Я же не просила за мной ходить,– подумала она.– Так и прилипнет. Нужно ли мне это?!»

Федор недоуменно шел рядом и тоже молчал. «Почему она молчит? Виноват я в чем-то, что ли? Вдруг узнала что-то обо мне и Марише, или та что-то наболтала Ане о нашей связи… вот дела: и как быть теперь?!»– подумал он.