Парнасский пересмешник. Новеллы из истории мировой культуры

Англия, 1771

Свинцовые белила – по сути углесвинцовая соль. Наиболее древним способом получения свинцовых белил принято считать так называемый голландский способ. Для него нарезали свинцовые пластины в пару миллиметров и длиной с мизинец, сворачивали спиралью и отправляли в глиняные горшки, покрытые изнутри глазурью, залив свинец уксусом. Горшки со свинцово-уксусной смесью пересыпались конским навозом в особых кирпичных камерах, которые заполнялись горшками и навозом. Навоз, как известно, выделяет тепло, под воздействием которого пары уксусной кислоты запускают реакцию, приводящую к получению уксусно-свинцовой, а затем и угле-свинцовой соли.

Бесстыдство

Прокопий Кесарийский собрал множество сплетен о византийском императоре Юстиниане и его жене Феодоре в своем памфлете «Тайная история». Труд этот спорный и скандальный, историки до сих пор из-за него ругаются. В книге содержится такое занятное описание императрицы Феодоры, биография которой очень противоречива:

«У этой женщины не было ни капли стыда, и никто никогда не видел ее смущенной, без малейшего колебания приступала она к постыдной службе.

Она не считала нужным ожидать, чтобы мужчина, с которым она общалась, попытался соблазнить ее, но, напротив, своими вызывающими шутками и игривым движением бедер обольщала всех без разбора, особенно безусых мальчиков.

Она часто приходила на обед, вскладчину сооруженный десятью, а то и более молодцами, отличающимися громадной телесной силой и опытными в распутстве, и в течение ночи отдавалась всем сотрапезникам; затем, когда все они, изнеможенные, оказывались не в состоянии продолжать это занятие, она отправлялась к их слугам, а их бывало порой до тридцати, спаривалась с каждым из них, но и тогда не испытывала пресыщения от этой похоти.

Пользуясь в своем ремесле тремя отверстиями, она упрекала природу, досадуя, что на грудях не было более широкого отверстия, позволившего бы ей придумать и иной способ сношений.

Часто в театре на виду у всего народа она снимала платье и оказывалась нагой посреди собрания, имея лишь узенькую полоску на пахе и срамных местах, не потому, однако, что она стыдилась показывать и их народу, но потому, что никому не позволялось появляться здесь совершенно нагим без повязки на срамных местах. В подобном виде она выгибалась назад и ложилась на спину.