Ак-Бору

На возвышенности появились бандиты.

– Кто у вас главный?! Плати за проезд! – услышали они требование.

Ак-Бору бросил мешок серебра.

– Какой ты сговорчивый, – удивился один из них, – видно, торопишься?

– Мне нужно в соседнее селение!

– Что так? Вижу, вы не из этих мест! Что забыли здесь, кого ищете? Я знаю в этом селении всех.

– Мне нужен некий Турсун  – сказал Ак-Бору, – около месяца назад он купил несколько рабов у массагетов. Хочу поговорить с ними.

Наступила тишина, ему долго никто не отвечал.

Похоже, бандиты советовались, как лучше поступить. Через некоторое время появились несколько человек.

– Мало кто хочет поговорить с разбойником. Видно, не от хорошей жизни зимой отправился в дорогу. Это один из тех купленных рабов. Он сбежал от хозяина и присоединился к нам.

Ак-Бору внимательно посмотрел на мужчину и бросил требовательный взгляд на Бекташи. Тот понял, в чём дело, и, велев всем отойти подальше, сам тоже отошёл в сторону. Оставив старшего брата наедине с беглым рабом, который в свою очередь тоже с интересом разглядывал Кагана, Бекташи стал оглядывать склон горы, за которым сейчас скрывались остальные разбойники.

– Я понял, кого ты ищешь, – сказал он, – девчонку? Что, массагеты украли? Жена? Все сразу поняли – девочка не из простых.

Ак-Бору весь напрягся, стиснул зубы.

– Ты видел, кто её купил и куда повезли?

– Не купил её никто. Слабая она, да ещё с младенцем, кому нужна обуза. Я только видел, что главарь банды посадил её на своего коня.

Похоже, решил забрать с собой. Больше ничего сказать не могу.

– Как она держалась? Перед этим она была ранена, как чувствовала себя, что с младенцем? – тихо спросил Ак-Бору.

– В первый день её поместили к нам. С младенцем возилась, что ещё сказать, прятала его в кафтане от холода. Да ты не переживай, её хорошо кормили. Массагеты боятся Богиню – не обидят.

– Видно, не так боятся, раз пошли на это, – проговорил подошедший Бекташи.

– Вот это и странно, – согласился бандит, – мы все об этом подумали.

А сын у тебя молодец, серьёзный воин будет. За всю дорогу ни разу не заплакал. Лишь однажды ночью громко закричал, но потом сразу успокоился.

У Ак-Бору слёзы навернулись на глаза. Он был так рад хоть что-то услышать о своём маленьком сыне, да ещё с таким одобрением. И неважно, кто произнёс эти слова: бывший раб или добрый человек. Ему хотелось взять сына на руки, прижать к сердцу, обнять жену и больше никогда не расставаться с ними.