Янтарные слезы

Хуго знал, что Снеговски абсолютно не интересуется ни алхимией, ни теургией, ни прочими духовными изысканиями, однако прекрасно разбирается в древних языках, на которых давно уже никто не говорит. Тут Хуго невольно вспомнил латынь. Сколько лет считалась мертвым языком, однако ж… Кто знал, что Леонардо захочет не только именовать себя августом, но и притащит в повседневную жизнь своей империи древнеримские вексиллумы, символику и даже язык. Снеговски как-то комментировал это стремление августа, но Хуго, слишком погруженный в мысли о работе, как всегда пропустил обсуждение мимо ушей.

Старик попрощался с братьями и решительным шагом направился обратно к столу. Приор в скучающей позе сидел в своем кресле и крутил в руках перьевую ручку.

– Досточтимый мастер, – Хуго отодвинул соседний стул и сел рядом с Приором, постаравшись придать своей позе как можно более уверенный вид.

– Fiat*. Что-то хотел спросить? Весь вечер ты не находил себе места. Я тороплюсь, Адриан.

"Торопится он, что-то не заметно.

И когда уже прекратишь называть меня настоящим именем? Как же это раздражает! Вредный мальчишка!"

Впрочем, внешне Хуго оставался спокойным.

– Я тут кое-что вспоминал. Первый день, посвящение в розенкрейцеры… Что было в напитке?

– Ровно то, что я сказал. Ты можешь мне не верить, но если ты не способен видеть за фасадом вещей их суть, то как я могу помочь? Ты не поймешь, так как не готов понять, – Хуго безумно жалел, что Приор никогда не появлялся на людях без плаща и маски. Ох, сколько бы он отдал, чтобы увидеть выражение лица мальчишки.

Тот тем временем продолжал:

– Разве я хоть раз отравил кого-то из вас? Я всегда честно предупреждал о последствиях. Клинок истины разит беспристрастно. Ecce venio cito, et merces mea mecum est, reddere unicuique sicut opus eius est**, ты и сам об этом прекрасно знаешь, – опять этот безэмоциональный голос, по которому так сложно что-либо понять.

– Вы всегда говорите загадками, досточтимый мастер.

– Quod est inferius est sicut id quod est superius***.

 – Приор поднялся и обошел Хуго, оказавшись у того за спиной. На плечи детектива легли руки в неизменных черных перчатках и бывший полицейский поморщился – тонкие пальцы сжимали плечи посильнее тисков. Глава Ордена тихо рассмеялся.

– Не доверяешь, знаю. Ты пришел к нам, в надежде узнать тайны части братьев, тонкое искусство алхимии не интересовало тебя. Все эти годы я закрывал на это глаза и верил, что однажды, Адриан, ты начнешь видеть больше.