АМИН

Когда потерялся один из голубей, он всех ребят мобилизовал на поиски. Искали по домам, чердакам. Больше всего искали, когда потерялась голубка, которую он ласково Матушкой называл. На весь двор шум поднял: «Фаган, Самед, Азер, Рахман, Инам, Маммад, недотёпы, идите смотрите чердаки, найдите её». Кто под руку попадал, того отправлял на поиски.

Интересно, где теперь Агарза? Наверное, на новом месте голубей не держит. Небоскрёбы из стеклобетона, урбанизация поставили точку на старых привычках и обрядах.

Шёл ещё дальше. Хорошо, что памятник Мехти Гусейн-заде (Герой Советского Союза. – Ред.) был на месте. Памятник, можно сказать, был их ровесником, всего на два года старше, 1973 года «рождения». Легендарный герой с гранатой в руке как будто был готов к очередному сражению с фашистами.

Было грустно, что автовокзала не было на месте. Сколько воспоминаний связано с этим серым зданием! Иногда тайком от друзей Мардан приходил сюда, бродил по платформам, наблюдал за разноцветными автобусами-экспрессами, готовыми к отправлению в дальние районы; за людьми, водителями, упаковывавшими багаж; за пассажирами, приобретавшими в киосках булки, лимонад; за продавцами чебуреков, мороженого, которых в те времена спекулянтами называли; за сотрудниками милиции в фуражках, с красными свистками и размышлял своим детским умом о быстротечности этой жизни.

После обеда с отправлением последнего автобуса, выпускавшего дым из выхлопной трубы, прекратились и шум автовокзала, и крики, что привело к мысли, будто жизнь остановилась и притихла.

Благо, школа была на месте. Несмотря на то что не стало былого величия, за памятником (раньше среди плоскоскатных маленьких домов четырёхэтажное здание школы выглядело величественно) она опять виднелась. Была обнесена забором, ограждена от окружающих. Фасад здания был отреставрирован облицовочным камнем.

Отец рассказывал, что во время войны в школе действовал госпиталь и там после контузии лечился дед по отцу.

Дедушку по отцу он не видел, а бабушку смутно помнил. Она с ними вместе жила, а когда Мардану было четыре или пять лет, она умерла. Дедушка и бабушка по матери дожили до девяностых годов.

Запах школы, преодолев года, заполнил его ноздри. Это были запахи мастики, которой натирали пол, пирожков, приготовленных в столовой, пота ребят, бегающих по коридору, туалета с вечно открытыми дверьми. А может, и запах детства, блуждающий по коридорам школы.