Дочь императора

Как только дверь была отворена, он повторил крестьянам свою просьбу удалиться. Они отвечали ругательствами и шуточками, которые окончательно вывели трактирщика из терпения. Он бросился на толстого крестьянина, который поддразнивал его, и схватил его за шиворот и за пояс панталон; потом, несмотря на отчаянное сопротивление, он поднял его, дотащил до двери и выкинул на улицу.

В свалке Иеклейн получил несколько пинков, а казакин его украсился несколькими прорехами.

По-видимому Иеклейн очень заботился сегодня о своем наряде, потому что тотчас попросил Марианну зашить разодранный рукав.

– А ты, Франц, – обратился он к своему лакею, – выпроводи остальных, кто в зале.

– Подожди минутку, я сама пойду к ним, – сказала Марианна, которая имела полное основание не доверять дипломатическим талантам Франца.

– Ты слышал, что я сказал? – продолжал Иеклейн.

– Слышал, сударь, – отвечал слуга с приторной улыбкой.

Вместо того чтобы последовать наставлениям Марианны, которая приказала ему быть повежливее с путешественниками, он нашел, что самое лучшее – еще более усилить дерзкий тон своего хозяина.

– Эту залу наняли, – сказал взбешенный Франц. – Убирайтесь вон!

– Кто ее нанял? – спросил один из незнакомцев.

– Она нанята для госпожи Гейерсберг и ее свиты. Незнакомцы переглянулись.

– Нам невозможно уехать без ужина, – возразил старший. – В этом углу мы никого не обеспокоим. Дайте нам есть.

– Нет, – настаивал Франц, которому было дело только до барского приказа. – Хозяин велел вас выпроводить, и вы уйдете.

Старый незнакомец, которого его товарищ звал Вальдемаром Шлоссером, снова улыбнулся со спокойной насмешкой, и это довело Франца до ярости.

– Ну что же? – спросил Иеклейн издали.

– Вставай, – сказал Франц, положив руку на плечо старого купца.

Тот выпрямился во весь рост и, сверкая глазами, так сильно оттолкнул слугу, что он упал в противоположном углу залы.

Франц уцепился за чан с горячей водой, которая была приготовлена для мытья полов, и упал в него. Голова, ноги и руки одни только избежали этой неожиданной ванны. К счастью на нем были надеты толстые суконные панталоны, и потому он не очень обварился.