Взрыв. Прошлое. Настоящее. Будущее.

– Гаррисон?

– Придется открыться. – кивает она. – Мало приятного, но это наш единственный шанс.

Мне интересно, из-за чего ей это так неприятно, но это не мое дело, поэтому я тоже киваю.

– Мы же не сможем найти их сами?

В ответ Силен невесело смеется и качает головой.

– Нам все равно надо двигаться, потому что не знаю, как ты, а я не верю этому типу.

– Я тоже. – соглашаюсь я, хотя почему-то уверена, что погони не будет.

– Спасибо, что вернулась за мной, Изабель.

– Ты того стоишь.

Стоит нам отойти от холма, как по правую руку появляется скалистый пляж, и мы движемся вдоль него, а когда начинает темнеть, замечаем вдали пещеру. До темноты лучше места нам в любом случае не найти, но, чтобы добраться до нее, нужно взобраться по склону, и я не знаю, хватит ли у Силен сил.

Мы замечаем хауберд только на полпути к пещере и, не зная, кто там, срываемся на бег, надеясь укрыться в пещере, потому что еще недостаточно стемнело, чтобы можно было спрятаться за камнями.

Оказавшись внутри, мы переводим дух и прислушиваемся, и через секунду я улавливаю звук текущей воды. В пещере темно, поэтому, только касаясь пальцами стены, двигаюсь на звук, где в углублении скалы стекается вода. Никакого запаха у нее нет, так что, скорее всего это вода, а мне так сильно хочется пить, поэтому я уже готова наплевать на запрет, который вдалбливали мне в голову с того момента, как я научилась ходить.

Я бросаюсь обратно, а Силен, наоборот, заходит вглубь, и мы талкиваемся. Вцепившись друг другу в руки, мы пятимся назад, а темноте на фоне входа в пещеру я различаю приближающийся к нам силуэт, и тишину нарушает уже ставший знакомым голос:

– Силен? Изабель? Вы тут?

Я слышу прерывистый вздох Силен, а потом она бросается к Итону.

– Они здесь! Они живы! – во всю глотку орет он, прижимая Силен к себе.

У входа появляется еще один неясный силуэт и меня зовет его хриплый голос:

– Иззи?

– Сэм? – его имя само срывается с губ.

– Из, где ты? Я тебя не вижу. – жалуется он.

Яркий свет ослепляет меня, но я слышу ворчание и понимаю, что ослепили не только меня и, когда глаза привыкают к свету, вижу улыбающееся лицо всего в паре шагов от меня.