Самый большой секрет

В городе был мужчина, влюбленный в Роуз. Он обожал ее. И влюблялся в нее все сильнее, наблюдая за ней из-за кухонной столешницы. Каждое утро изо дня в день. Но Ксандеру незачем об этом знать.

– Значит, мужчины этого города просто слепцы, раз не видят своего счастья.

Ксандер всегда знал, что сказать, когда и как. Однако сейчас это было не к месту. Как и в тот раз, когда он просил ее уехать с ним в округ Колумбия. Но Роуз понимала, какие перспективы ждут его там. Она знала, что просто не впишется в его новую жизнь.

– Очень мило с твоей стороны, – сказала она. – Но разве можно верить политикам?

– Помимо того, что я политик, – улыбнулся Ксандер, – я еще и писатель. – Он достал из-под стола книгу и положил перед Роуз. – Это тебе.

Роуз взяла книгу в руки. Красивый, улыбающийся Ксандер глядел на нее с блестящей обложки.

– «Воспитание веры», – прочитала она вслух. – Что ж, здорово. Поздравляю.

– Это книга о моем детстве и о пути в Вашингтон. А также о моей работе в центре детей-сирот. Наш центр оказывает поддержку детям, оставшимся без родителей. И родителям, усыновляющим таких детей.

Роуз открыла книгу, перелистнула страницы и… увидела в тексте свое имя.

– Здесь написано обо мне? – удивилась она. Сердце пропустило удар. Что, черт возьми, он мог здесь о ней написать?

– Я не мог рассказать историю своей жизни, не упомянув о тебе.

Ксандер смотрел на нее своими потрясающими карими глазами, и Роуз чувствовала, как сжимается ее грудь. Она не знала, что сказать. Но даже если бы знала, ей не хватило бы сил произнести хоть слово. Таково было воздействие этого взгляда.

– Я подписал ее, – добавил Ксандер. – Признаться, за этим я и приехал. Хотел передать тебе книгу лично.

– Спасибо, – только и смогла выдавить Роуз. – Надеюсь, что…

– Поужинаем вместе? – перебил Ксандер, и его глаза округлились, словно он и сам не ожидал от себя такого предложения.

Не в силах совладать с собой, Роуз привстала со скамьи:

– Я не могу. Мне надо работать.

Ксандер нахмурился:

– Я не имею в виду сегодня.

– Все равно, – отрезала она. – Я работаю каждый вечер вплоть до воскресенья. Уверена, к этому времени ты уже уедешь.

Увидев широкую улыбку Ксандера, Роуз поняла несерьезность своего алиби.

– Я еще долго буду в городе, – сказал он.