Дорога крови

– Пить хочешь? – Над ним появилось заботливое лицо Савьо.

– Что ты со мной сделал, гадёныш? – вместо ответа прорычал Пёс.

– Ненадолго усыпил, чтобы тебе не пришлось терпеть жуткую боль. Но если ты против… – Писарь пожал плечами.

Боец скосил глаза вправо и увидел, что плечо аккуратно перевязано чистой тряпкой, на которой тем не менее уже начала проступать кровь.

– Но как ты… Откуда … В смысле, где ты этому научился?

– Были учителя. – Ответ Савьо был уклончивым, но больше он ничего добавлять, похоже, не собирался.

Айзек сел, чувствуя подступившую дурноту, – казалось, что плечо терзает неумолимый хищник.

– Сколько у нас времени до боя?

Савьо печально развёл руками.

– Уник вот-вот появится.

Пёс кивнул в ответ и, сжав зубы, рывком поднялся с койки. Стена помогла парню устоять, и он огляделся вокруг в поисках своей куртки.

– Поможешь одеться? Чёрный Человек с радостью пустит в дело кнут, если я буду не готов, когда он придёт.

– Айзек, мне так жаль. Я правда сделал всё, что мог.

Парень жестом прервал его.

– Не твоя вина. К тому же я пока очень даже жив. И мы ещё посмотрим, кому судьба уготовила остаться в клетке навсегда.

Савьо отлично понимал, кто именно останется в клетке навсегда. Одного взгляда на лихорадочно блестевшие глаза и бледное лицо, покрытое испариной, было достаточно, чтобы понять – у Пса начинался жар. А вкупе со жгучей болью в плече… Очень скоро парень начнёт путаться в собственных мыслях и спотыкаться на ровном месте, не говоря о том, чтобы сражаться.

– Поможешь с курткой? – Доковылявший до стула Айзек скривился и нехотя добавил: – Правая, похоже, мне сейчас совсем не помощница.

И Савьо решился. В прошлый раз, когда он рискнул применить это средство, всё закончилось… скажем так, не совсем, как планировалось. Но им терять всё равно нечего. Вряд ли в таком состоянии Пёс хоть кого-то победит. А так… Быть может, у него появится шанс. А с последствиями они потом разберутся – если доживут.

– Погоди, – остановил бойца Савьо, выуживая из расставленных на столе склянок толстостенный бутылёк оранжевого стекла.

Пёс с сомнением покачал головой, но послушно опустился на топчан.

– Знаешь, извини меня за то, что я сейчас сделаю. – Писарь сел рядом с Айзеком, и тот опасливо отодвинулся. – Я не хотел давать тебе этого. Очень сильное средство. Но, похоже, у нас всё равно нет другого выбора.

Савьо взял руку Айзека и вытряхнул ему на ладонь тёмно-коричневый кружок, который пах лакрицей.