Заговор против террора

 – Почему это кого-то интересует?

– Я получил это задание от заведующего отделом внешней политики, – начал с энтузиазмом объяснять Кирилл. Ему показалось, что он нашел убедительное объяснение. – Мне не поручали специально писать о Еврейском Антифашистском Комитете. Мне поручили написать серию статей о возрождении фашизма в Западной Европе. Я подумал, что самое удобное – начать с вас, так как у вас должно быть много материала на эту тему, а потом уж обратиться к другим источникам.

– Вы согласовали это с заведующим отделом? – спросила Циля Наумовна.

– Я сказал ему, что конкретно намерен делать, и он не возражал.

– Вы выбрали не совсем удачный путь, молодой человек, – с улыбкой сказал Шигалевич. – У нас значительно снизилась активность последнее время. Люди стали бояться общаться с евреями за рубежом. В особенности, после убийства Михоэлса.

Кирилл спокойно встретил пронзительный взгляд Шигалевича. Сказать такое журналисту!

– Убийства? – переспросил Кирилл, хорошо сыграв искреннее удивление.

Шигалович хмыкнул и криво улыбнулся.

– По молодости и неопытности, молодой человек, вы можете поверить в это. С годами вы приобретете опыт и начнете более критично относиться к подобного рода объяснениям. Ваша профессия вам в этом поможет. Впрочем, журналистика – одна из древнейших профессий.

Тут Циля Наумовна и Софа, закончившая к этому моменту телефонный разговор, хихикнули. Кирилл не понял юмора, но решил не выяснять, чтобы не показаться невежей.

– Обстоятельства, – печально вздохнул Шигалевич. – Михоэлс с приятелем поехали с одной вечеринки на другую на машине. Был мороз и поздний час. По логике вещей, они должны были возвратиться к себе в гостиницу также на машине. Они возвращались пешком. Чтобы такого знаменитого человека, как Михоэлс, не подвезли благодарные хозяева на машине к гостинице? Невероятно.

– Но ведь можно же предположить, что они решили пройтись пешком, чтобы освежиться после выпивки; это часто бывает, когда хватили лишнего да закусили плотненько, – сказал Кирилл. Он не ожидал серьезного возражения от Шигалевича.

– Я хорошо знал Михоэлса, – Шигалевич укоризненно кивнул головой. – Он не тот человек, который бы хватил лишнего, или наелся доотвала. Михоэлс мало пил. Можно, конечно, предположить, что он решил пройтись. Предположить все можно.