Заговор против террора

 – Мы не посылаем своих людей, разумеется, однако много еврейских добровольцев обращаются за разрешением участвовать в будущей войне. Есть среди них способные офицеры, обладающие военным опытом. Кстати, Коротков сообщает, что много евреев эмигрирует в Польшу по поддельным документам, а оттуда они свободно едут в Палестину.

Сталин слегка нахмурился, остро посмотрел на Берию и спросил: – А вы что?

– Коротков многих из них вербует в разведку, – ответил Берия. – Сейчас евреи – самый большой источник пополнения нашей разведывательной сети.

Во всем мире они относятся дружелюбно к Советскому Союзу – ценят нашу войну против Германии, благодарны за нашу поддержку будущему государству Израиль. Поэтому у нас есть возможность рекрутировать евреев даже в Америке. Через них мы получили и получаем немало секретов атомной бомбы. Это существенно ускоряет проект.

– Ускоряет, – недовольно пробурчал Сталин. – Вы, товарищ Берия, уверяли меня, что атомная бомба будет закончена в 1948 году. Сейчас 1948 год.

Где бомба? Когда будет готова?

Берия на мгновение смутился, сморщил нос, беспокойно поправил пенсне и в долю секунды осмотрел собравшихся. Провал проекта означал бы конец его жизни. Но и отсрочка ничего хорошего не сулила.

– Технические и научные проблемы, которые приходится нам решать, огромны, – стал объяснять Берия. – Необходимо также проверять секретную документацию, которую мы получаем от разведки из Америки. Наши ученые осторожно относятся к этой информации, они боятся дезинформации.

– Когда будет готова? – повторил вопрос Сталин.

– Юлий Харитон уверен, что мы проведем испытания в следующем году. Мы, товарищ Сталин, работаем круглосуточно и значительно продвинулись вперед.

– Харитон, Зельдович, – недовольно пробурчал Сталин, подчеркивая свое недовольство примелькавшимися еврейскими фамилиями. Он хотел пыхнуть трубкой, но она погасла, и он потянулся за спичками. Раскурив, он снова обратился к Молотову.

– Каковы наши шансы сделать будущий Израиль нашим союзником, товарищ Молотов? – спросил он, выпуская клубы дыма.

Молотов, очевидно, был готов к этому вопросу и выслушал его в своей обычной манере холодного макиавеллиевского дипломата.

– Шансы очень большие, товарищ Сталин. Во главе палестинских евреев стоит социал-демократическое руководство, которое разделяет многие наши идеи и идеалы. Они организуют кибуцы, во многом похожие на наши колхозы, только обобщение собственности у них еще большее, чем у нас.