Несравненно больше

В тот день Его забота проявилась наиболее очевидным образом, когда кто-то услышал мой плач и вытащил меня из груды мусора. На тоненьком запястье болталась бирка с моим именем и номером роддома – туда меня и вернули. Милиция и службы социальной защиты бросились на поиски моей матери, но когда ей предложили забрать меня, она отказалась. Она была молода и заявила, что у нее нет средств, чтобы заботиться обо мне. Решение, которое она приняла в тот темный, холодный декабрьский день, определило вектор моей дальнейшей жизни.

Моя мать отказалась от родительских прав и передала меня на попечение государства. Дом малютки № 9 стал первым из нескольких государственных учреждений, которым было суждено стать моим домом.

Я прожил в Доме малютки до апреля 1982 года. Когда мне исполнилось четыре года, меня перевели в детский дом № 6. К сожалению, в то время никто не трудился давать названия учреждениям для брошенных детей, поэтому у детских домов были только номера. У меня не сохранилось никаких воспоминаний о первом детском доме, окружающей обстановке и воспитателях.

Записи путешествовали со мной из одного детского дома в другой – я до сих пор храню эти пожелтевшие потрепанные листки. Среди них есть копия свидетельства о моем рождении, в котором указаны имена моих отца и матери. Но поскольку оригинал свидетельства был утерян, я не придаю значения этим данным и ничего не знаю о своих родителях – ни их имен, ни рода их занятий, ни того, живы ли они сейчас.

Однако, несмотря на такой беспорядок в документах, в роддоме сохранилась запись о моем рождении: Александр Викторович Крутов, родился 6 декабря 1977 года. Согласно этим данным, моего отца звали Виктор.

Записи в медицинской книжке говорят о том, что первые четыре года своей жизни я много болел и провел больше времени в больнице, чем в самом Доме малютки. В возрасте одного месяца меня впервые положили в больницу с диагнозом «психоневрологические отклонения и вторая степень истощения».

В моей медицинской книжке отмечены основные события ранних лет моей жизни. В десять месяцев я научился держать голову и переворачиваться. В год и три научился ходить, держась за окружающие предметы, а в год и девять мог ходить самостоятельно. В год и два у меня появился первый зуб, а свое первое слово я произнес, когда мне исполнилось два года.