Когда зацветет сакура…

Переодевшись в черные полицейские кители и бриджи, «смершевцы» вывели пленников из дома и открыли по ним огонь. Не успели они это сделать, как в конце улицы появились немцы. С десяток их сидело в кузове грузовичка, остальные двигались пешим строем.

– Спокойно! – заметив, как заметались бойцы, напуганные появлением фашистов, произнес Жаков. – Будем изображать из себя полицаев. И не дрейфить, понятно?

Они быстро сменили ППШ на немецкие «шмайсеры» и стали ждать. Бежать было бесполезно – прямо от села начинались бывшие колхозные поля, которые, заросшие сорняком, уныло простирались до горизонта.

Когда немцы поравнялись с переодетыми разведчиками, из кабины вылез офицер.

– Хайль Гитлер! – громко прокричал он и вскинул руку. В ответ недружное: хайль!

Это Жаков их научил. Так, на всякий случай. «Ну, погодите, мы вам еще этот “хайль” припомним», – подумал Алексей, сжимая в руках автомат.

Немец по-русски не говорил, он стал общаться через переводчика. А того трудно было понять. Переводить на немецкий он еще переводил, а вот в обратную сторону у него плохо получалось.

– Это есть партизан? – выслушав командира, перевел он, указывая на лежащих у забора полицаев.

– Так точно! – ответил Жаков. – Только что поймали – и в расход…

Переводчик его недопонял.

– Что есть расход? – спросил он.

– Кых-кых! – ткнув стволом автомата в сторону убитых, проговорил Алексей и улыбнулся.

– О, я, я… понимаю! – закивал тот и перевел сказанное командиру. Тот театрально похлопал в ладоши.

– Гут! – произнес он. – Отчень карашо… – И снова: – Гут!

Он что-то сказал солдатам, и те тут же принялись загружать кузов телами убитых. Потом они покинули село.

– Уф!.. – вытер рукавом вспотевший лоб Алексей. – На этот раз, кажется, пронесло… Жаль только ребят… – это он про тех дозорных, что попали под пули сидевших в засаде немцев. Парни угрюмо промолчали.

Они сели на завалинку бывшего сельсовета и коротко перекурили.

– Ну теперь пора!.. – произнес Жаков. – Будем возвращаться.

И они ушли, оставив после себя густой дух махры вперемешку с запахами солдатского пота. Так в чужих ненавистных кителях и вернулись в часть.

Глава четвертая

1

Американцы, взяв бомбардировщик в тиски, продолжали играть у русских на нервах.

– Да что они, в самом деле! – злился Бортник.