Байки и не байки

Почти год по госпиталям. Совсем ничего не помню,– тут он улыбнулся, и стал совсем на мальчишку походить, – я к Белановичам иду. Тут в полутора верстах, за Пожарским их дом. Вы ведь их знаете. Оленька, младшая дочь Николая Петровича, моя невеста.

– Не имел чести,– да у меня сейчас у самого крыша съедет. Это ж господский дом Белановичей мы сегодня копали.

– Пойду я, Оленька ведь ждёт, – вновь улыбнулся он.

– Да куда ж вы, ночь уже, оставайтесь с нами до утра.

– Спасибо, но мне надо спешить, меня же невеста ждёт, – и подпоручик растворился в ночной темноте.

Даже шагов не слышно, только трещит огонь в костре.

Я присел обратно на брёвнышко, и похоже промахнулся. Свалился прямо на Серёгу, пребольно ударившись спиной об его коленку. Тот недовольно забормотал, лазают тут всякие, спать не дают.

– Пошли в палатку, – говорю, – развалился тут, простудишься. Ты чего сейчас орал?

– А хрень какая-то приснилась. Будто у костра царский офицер стоит. А мож белогвардейский. Всё не приставай, спать, спать, спать…

Продрыхли мы часов до десяти утра, реанимировались ледяной водичкой из родника, свернули палатку и ушли к Цурковке.

Дома я был к шести вечера. Детёнки мне обрадовались, начали расспрашивать, чего нашёл. Похвастался находками им и жене, выслушал ворчание тёщи, чего, мол, из-за такой фигни ноги в задницу вбивать. Залез в ванну и так расслабился, что чуть не заснул прямо в воде. В состоянии «зомби» добрёл до дивана и мгновенно задрых.

Разбудил меня звонок мобильника.

Кому там чего надо? Еле глаза разлепил, о Андрюха-антиквар. А время-то, блин, полпервого. Нажимаю клавишу ответа.

– Привет, чего делаешь?

– Вот ты не поверишь, сплю! – шепчу в трубку, – полпервого ночи, чтоб тебя.

– Везёт тебе, а я вот только с делами разобрался. Я чего звоню, мне тут альбом принесли старый, дореволюционный. Фотки есть с военными, приходи, посмотришь, мож чего выберешь.

– Ладно, завтра приду, после работы. А нет уже сегодня, – я отбился.

Естественно я не выдержал, и сбежал с работы ещё до обеда, зам я генерального, или где? Кому надо тот меня и по сотовому найдёт.

И вот уже Андрюха выкладывает на стол в своей подсобке альбом. Вытертая бархатная обивка зелёного цвета, медные фигурные уголки, сломанная медная же застёжка.

– Знаешь та мадам, которая альбом принесла, интересную историю рассказала. Её прадед один из всей семьи остался. Отец его, старый помещик, умер в 1918, младший брат вроде с белыми из Крыма уплыл.