Пророк в своем Отечестве

– Покушение может быть истолковано как акт мести за национальность, и тогда репрессалии падут на невиновных. Поэтому на царя нельзя идти ни вам, Гольденберг, ни вам, Кобылянский, – ответил Михайлов.

Соловьев побледнел и встал.

– Отныне Александр Второй – мой, и я никому его не уступлю, – сказал он с неожиданной силой.

Тот холодный, нездешний ветерок, который налетает вдруг неизвестно откуда, когда человек решает пожертвовать жизнью и говорит об этом, когда уходит он в особое, во многом таинственное существование, связанное с ожиданием роковой минуты, коснулся всех участников заседания.

– Уступаю ему место, – сказал Гольденберг и глубоко вздохнул. Как после выполненной тяжелой работы.

Теперь, когда Соловьев казнен, а Гольденберг повесился в Петропавловке, ужаснувшись собственному предательству, становится ясно, что ни тот ни другой не годились для поединка с царем. Нужен был такой человек, как Кравчинский. Вот кто умел показать себя настоящим бойцом! Баранникову отчетливо вспомнился день 4 августа 1878 года…

В группе было четверо: он, Александр Михайлов, Кравчинский и Ольга Натан-сон.

Мысль о казни шефа жандармов Мезенцева принадлежала Ольге. Она была вдохновительницей этого покушения, ее замысел точно выполнил Кравчинский – Мезенцев рухнул на мостовую замертво.

Александр II тоже упал – но не от пуль Соловьева, а от страха.

Отстреливаясь, группа Кравчинского ушла от преследования.

Соловьева схватили за шиворот, вырвали из руки цианистый калий и потащили в околоток, как вора.

«Да! Что-то получится теперь? – думал Баранников, расплачиваясь с извозчиком и вылезая из пролетки. – У нас теперь подкоп… Неужто снова царь останется живым, как это было уже шесть раз?»

Александр дернул шнурок звонка в квартиру, где жил его товарищ по организации Фриденсон[8 - Фриденсон Григорий Михайлович (1854–1913) – революционер-народник, член «Народной воли». В связи с убийством члена партии «Народная воля», агента Департамента полиции Н.

В. Рейнштейна, в 1879 г. привлечен к дознанию в качестве подозреваемого и отчислен из училища как неблагонадежный. Освобожден за недоказанностью улик. Входил в московскую организацию «Народной воли». Участвовал в «Процессе двадцати», который проходил 9–16 февраля 1881 г. в суде Особого присутствия Правительствующего Сената. Признал свое участие в деятельности партии «Народная воля» и знакомство с известным народником А. И. Желябовым.].