Клятва Маат

С каждым днем я набирался сил, которые укрепляли навыки, полученные во время службы в наемных войсках, сделав из меня достойного противника для врага, обладающего любым уровнем подготовки.

– Мне нужно время подумать, – ответил я Рамасу, на что тот лишь кивнул.

Солнце почти уже скрылось за горизонтом, а в моей голове все еще не сложились мысли – ответы на слова Рамаса о взятии с собой Заны. Передо мной вновь всплывали картинки того момента нападения, испуганные лица моей семьи и безжалостных персидских львов, нагло нарушивших покой оазиса.

– Если желаешь, можешь отужинать с моей семьей. Зана находится в моем доме.

Было ясно, в каком направлении желает говорить старик, но я предотвратил попытку главы деревни начать незаконченный нами разговор.

Рамас сел рядом со мной на деревянный пирс, где несколько часов назад торчали стрелы персидских наемников. Легкий ветерок от Великой реки и зной, сменяющийся ночной прохладой, создавали приятную обстановку для подобных диалогов.

– Она останется здесь на время моих поисков, – строго сказал я. – Когда все закончится, я вернусь и заберу Зану в свою семью.

– А как долго будут длиться твои странствия? – не унимался старик.

– Такое чувство, что тебе представляет сложность присмотреть за малолетней девочкой, тем более у тебя есть помощница в лице твоей старшей дочери, достаточно приглядной, – сказал я и улыбнулся.

Рамас не отреагировал на мою шутку и ответил:

– Моей дочери скоро будет не до этой девочки. Вскоре она сама обзаведется ребенком, ей не будет хватать времени следить и воспитывать не свою дочь.

Слова старика показались мне странными и несвойственными для человека, много лет отдавшего служению.

– У меня тоже есть семья, которую обязан защищать. И не только семья, оазис тоже находится под моей защитой. Но из своих принципов я возьму девочку под свою опеку.

Рамас явно прочитал на моем лице небольшое раздражение, которое я испытывал после его слов.

– Не пойми меня неправильно, я не хотел так выразиться, – оправдался глава деревни.

Некоторое время мы сидели молча, наслаждаясь заходящим солнцем и доносящимся запахом готовившегося ужина.

– Твоя дочь готовит? – я нарушил молчание.