Последнее Рождество на земле

Сегодня Элен была страшно довольна, что работает в спокойном городке, она знала, что утро, скорее всего, пройдет без осложнений, и у нее будет время прийти в себя. Ей сильно хотелось присесть и сидеть как можно дольше с закрытыми глазами, поскольку она прямо с ног валилась; дело в том, что она провела всю ночь, пытаясь прогнать из головы образ испуганного подростка, ухватившегося за руль своего велосипеда. Элен, не поднимая головы, прошла по коридору, направляясь прямиком к своему кабинету и отвечая кивками и мычанием на приветствия коллег, которые попадались навстречу.

– Элен, – попыталась остановить ее телефонистка визгливым голосом, но Элен бросила на нее усталый взгляд и, не переставая шагать, возвела руку, будто говорила «что бы то ни было, подождет». Синди недоуменно посмотрела ей вслед, подобной реакции она не ожидала, потом пожала плечами и подумала «ей же хуже»! На мгновение Элен почувствовала себя виноватой за невежливость к Синди, но тотчас у нее возникло подозрение, что, судя по напряженности, уловленной в голосе девушки, скорее всего, это утро не будет таким спокойным как она надеялась.

– Здоровьица! – неожиданно воскликнул мужской голос, Элен вздрогнула. Несмотря на еще притупленные чувства и крупные слезинки, заволокшие глаза, фигура и голос показались Элен отдаленно знакомыми. Она протерла глаза и, как только зрение вновь заработало, Элен с досадой посмотрела на мужчину, развалившегося в ее кресле.

– Не торопишься нынче! – проговорил он, взглянув на часы, потом протянул руку за ее стаканом апельсинового сока, но Элен режущим взглядом заставила его убрать руку. Пока Элен подбирала слова для подходящего ответа, она поцарапала пару раз мизинец, назойливо чесавшийся с прошлой ночи.

– Вот так сюрприз, – удрученно промямлила она, – прихожу я на работу после двух бессонных ночей, а тут один тип развалился в моем кресле и ноги на столе, и это не кто угодно, а судебно-медицинский эксперт, который к тому же сожрал мой завтрак.

Стивенсон указал на коридор в сторону морга, уточнив тем, что труп уже на столе, потом поднял два пальца буквой «V», подчеркивая, что трупов даже два.