Русский Трафальгар

Ядро прошло насквозь через кормовую галерею, порушив мебель, разбив хрусталь, еще одно ударилось в перо руля, а также в палубу у ног Бурлакова, зацепив его самого острой щепкой.

– Все! Получилась свалка а не сражение, теперь каждый сам за себя, – Сиверс не замечая ранения Салтыкова глядел в подзорную трубу за корму «Виктории», где три русских корабля проходили один за другим и давали продольные залпы с правого борта, к левому их борту «Эланд» и «Вестманланд», уже познавшие мощь русского артиллерийского огня подходить не решились, а ограничились демонстративными залпами издалека.

– Разрази меня гром! – Бурлаков схватился за бедро и весь мир схлопнулся, до части тела, где торчала средних размеров щепка, одно дело наблюдать за попаданиями снарядов со стороны, а другое почувствовать на собственной шкуре.

– Шаутбенахт ты как? – Сиверс взмахом руки позвал лекаря, который быстро подскочил, наложил жгут, обломал щепку, но извлекать не решился, так как щепки могут остаться в ране, что вызовет её нагноение.

– Лучше господину шаутбенахту выпить рому и посидеть в кресле, а после боя я сделаю надрезы и извлеку все частички дерева, – сказал лекарь.

– Блин ветеринар, а не врач, – Бурлаков не предполагал, что с ним может случиться, а то бы аптечку какую подготовил. Вещи с собой взять нельзя, да и вообще здесь ничего из другого времени нет, но знания то с ним.

– Смотрите шаутбенахт, не так все скверно! – Сиверс, успевавший не только командовать «Твердым», но и выполнять обязанности младшего флагмана, если наш корабль и следующая неотступно «Святая Екатерина» сцепились соответственно с «Верденом» и «Смоландом» соответственно и обмениваемся 24-фунтовыми ядрами, то «Рига», «Пернов» и «Полтава» накинулись на шведскую «Викторию» с кормы круша ее продольными залпами, и то, что мы сделали с «Лифтландом», к которому кстати возвращаются наши фрегаты, они сделали с третьим в линии кораблем противника, только с кормы, полностью разрушив все окна, балконы, сбив украшения и статуи.

– Хорошо, – сквозь зубы проговорил Бурлаков, – как нам действовать дальше? – Я что-то не в форме теперь после ранения, мысли путаются, никак не могу собраться.