Чао! Древний Рим

Разные травы давали в виде отваров, примочек, припарок или обкуривали ими комнату: одни помогали при родах нормального ребенка, другие при извлечении мертворожденного или отходе последа. Впрочем, некоторые средства рекомендовались только в народной медицине: ели волчатину, пили свиное молоко, жгли ослиное копыто или бычий навоз – это лишь часть рецептов, которые перечисляет Плиний Старший в XXVIII книге «Естественной истории».] не справляются и на 2380 населения родились 190 крепких ребят, примерно, в половину мальчиков и девочек, которым уже стали мастерить игрушки в виде кукол для девочек и мечей с лошадками для парней.

– Отличная новость, а что с разбором здания, доставшегося нам от варваров?

– Все плохо, на века строили, плюнули и решили порт построить, а то транспортные корабли для перевозки зерна – корбиты, стороной обходят. Можем получать до трехсот тысяч динариев, а собираем, дай Церера не соврать, лишь половину.

– Какие товары продаете? – спросил Луций у всезнающего всадника.

– В Медиоланий стекло и ткани, в Арреций железо, рабов, мрамор, а с Аримином предметом торговли идут гончарные изделия, рабы и стекло, – ответил Друз, – пока я до тебя скакал встретил наемников из числа варваров, но конных. Они просят большую сумму сразу, но затем их содержание будет весьма умеренным, до ста тысяч динариев, в то время как моим воинам требуется минимум сто десять тысяч.

– Сразу сколько они просят?

– Восемьсот тысяч, если я правильно перевел, – сказал Друз, – натравим варваров на варваров, пусть сражаются и заплатим меньше.

– Отличная идея, пошли за ними, скажи им, я заплачу, – кивнул Луций в знак согласия, а своим центурионам приказал готовить войска к атаке.

Через некоторое время прискакали пять варваров свирепого вида и один из них прорычал: «Мы примем у тебя деньги римлянин, меня зовут Кахир, и я буду верно служить тебе.

– Отлично мужчины, зря я Вас на смерть не пошлю, но уж если прикажу, то сделайте все возможное и невозможное, чтобы моё приказание было выполнено, а в противном случае пеняйте на себя, – произнес Луций и одним жестом показал, что разговор окончен, а вторым, что манипулам пора выступать.