Черная книга

Кифер Тойц сделал все, что положено сделать врачу, а затем, воздав просьбы и хвалы Богу, рыцаря оставили под присмотром старой прачки. Людей в замке не хватало, и каждый нес двойную, а то и тройную нагрузку.

… Ночью Готфриду приснился странный сон. Пол его комнаты вдруг словно покрылся легкой дымкой, похожей на ту, которую можно увидеть утром над озером, и откуда-то из стены справа вышло странное существо, похожее на крысу. Оно было примерно полутораметрового роста, ходило на двух лапах и сильно сутулилось, передвигаясь по комнате.

Приблизившись к Готфриду, существо обнюхало его и пробормотало что-то на языке, похожем на латынь. Рыцарь увидел его глаза – они были большими, круглыми, с узкими, вытянутыми зрачками. Лицо существа скорее напоминало звериную морду, чем лицо человека.

Незнакомец сел на постель в ногах Готфрида и сказал:

– Поживешь еще… – в его голосе прозвучала усмешка.

– Ты – смерть? – одними губами спросил рыцарь.

– Нет. Меня зовут Джис Малый. Я пришел, чтобы загадать тебе одну загадку: что на свете хуже всего и для тебя и для меня?

У Готфрида сильно болела голова, и фигура, сидящая на его постели то двоилась; то словно становилась меньше, еще сильнее делаясь похожей на огромную крысу; то словно почти растворялась в воздухе, превращаясь в черное, расплывчатое облако.

Время шло и, судя по всему, тот, кто назвал себя Джисом Малым, ждал ответа.

Готфрид закрыл глаза и стал читать молитву. Когда он открыл их, дымка на полу стала редеть и до слуха рыцаря донеслось пенье петуха. Существа в комнате не было, но почему-то сильно пахло горелым углем.

«Что хуже всего на свете для меня, я, может быть, и знаю…» – подумал Готфрид.

Он вспомнил лицо Эрмелинды.

– Ты глуп! – вдруг сказал ему голос похожий на тот, которым разговаривал с ним Джис. – Но ты еще узнаешь ответ.

Затем послышался резкий смешок.

Сон кончился и Готфрид открыл глаза. В комнате было уже светло, а рядом, на стуле дремала старая прачка. Она похрапывала, что-то бормотала во сне, а ее красные, большие руки на коленях шевелились так, словно стирали белье.

7.

Соперничество графа Болдера Лоринга и барона Дедрика Штайнмайера закончилось на следующий день, когда в Берингар прибыл сильный отряд под предводительством сына пфальцграфа Фридриха Ганса Обенау.