Проклятый поход. Мир Tornscape

Другая треть – не покладая рук трудилась, чтобы обеспечить первую едой, одеждой, и всем остальным, что требовалось доблестным воинам кригмаркской армии. И наконец, оставшиеся жители города работали в многочисленных цехах и мануфактурах, чьи железные лёгкие выдыхали в воздух ядовитый смог – продукт переработки и использования Эфира, что так иронично изначально бился в сердцах созданий Жизни.

И уж чего-чего, но жизни в этих краях явно не доставало. Измученный непрерывными войнами, народ Кригмарка и сам будто лишился присущей всем живым существам искры.

Не все, конечно – на улицах Брокка всё ещё звучал детский смех, молодые парни, полные надежд, шли в солдаты или рабочие, а центральная площадь густо наполнялась народом в базарный день. Но с каждым днём воздух становился всё холоднее, а кригмаркцев, мысленно вопрошающих себя «зачем я продолжаю сражаться?» становилось всё больше.

Армия ещё держалась, но уже больше на духе товарищества и верности своим братьям по оружию, чем правительству. Место которого, к слову, в королевстве заняли Гранд-Генералы, что засели за высокими столичными стенами Остфалла. Надёжно отгородившись от трупной вони и других проблем простых людей, они правили так, что о былой славе Кригмарка действительно оставалось уже только вспоминать. С каждым годом и каждой проваленной военной операцией сии мужи начинали вызывать всё больше сомнений в своей мудрости… Высказываемых тихим шёпотом и крайне осторожно.

Внутренние проблемы королевства не отменяли и обилия внешних врагов. Высокие стены и крепостные башни, смотрящие вдаль чёрными провалами бойниц, окружали пограничный город отнюдь не для красоты. Иронично, но во многом благодаря своим врагам Кригмарк до сих пор и не развалился на части. Если сравнивать его не со стариком, а уже с ходячим мертвецом, поднятым на ноги мастерством Истязателей Смерти, то необходимость сплотиться перед внешней угрозой была подобна швам, скрепляющим вместе посеревшую плоть.

«Хоть какой-то порядок лучше, чем вообще никакого» – примерно так считали даже люди, недовольные правлением Высшего Военного Совета. Удар изнутри мог бы добить отчаянно цепляющееся за жизнь королевство, а потому наносить его желающих не было. Солдаты сражались уже не за генералов, но за своих товарищей и всех, кто был им дорог.