Давид

Восседал он на величественном кресле, которое иначе, как царским троном и назвать было нельзя! Вокруг все те же картины и, почему-то, – живой павлин, гуляющий просто так по кабинету. Последний так занял внимание юноши, что тот совсем забыл, зачем вошел.

Саул Кисович громко прочистил горло, но Давид не обратил на это внимания. Ивану пришлось даже дергать молодого человека за рукав. Тот повернулся к нему и, широко улыбаясь, произнес:

– Павлин!

Иван улыбнулся ему только глазами, бровями же указал на директора.

– Саул Кисович, простите, увлекся, тут… павлин, – сказал он и широко улыбнулся на последнем слове.

– Нравится? – вдруг тоже улыбнулся гендиректор, – Тебе павлины нравятся?

– Я раньше не видел ни одного, но теперь знаю – нравятся!

– Так кем ты, говоришь, работал раньше?

– Пастухом… – немного смутился Давид.

– Овцы, павлины, – вдруг, резко произнес Царев, – Может тебе в зоопарк лучше устроиться, или в цирк?

В наступившей тишине слышен был только шелест павлиньих перьев и тихое урчание кондиционера.

– Ба! Так ты еще и музыкант! – добавил неожиданно Саул Кисович, – И что же нынче пастухи поют? Что-нибудь народное? Крестьянское?

– Я… – замялся Давид, – Сам немного сочиняю… Вот. И это… пою.

– Ух ты! Да ты у нас бард получается? Ну-ну! А давай мы тебя послушаем! Должности барда у нас, правда, в фирме не имеется, но своих работников директор должен знать хорошо… кадров своих…

Давид глянул на Ивана, пытаясь понять, – шутит Царев или нет.

Юноша пожал плечами, сел на стул и заиграл сначала тихую мелодию, как бы настраиваясь на нужный лад.

Саул немного расслабился на своем троне. Его густые черные брови над орлиным носом слегка приподнялись и, казалось даже, что он начинает получать удовольствие от звуков музыки, в которой он неплохо, кстати говоря, разбирался…

И вот, наконец, Давид медленно запел:

Если хочешь быть счастливым,

Не ходи к злодею в дом!

Если хочешь быть счастливым,

Не сиди с ним за столом!

Если хочешь быть счастливым,

Слово Божие читай!

Точно станешь ты счастливым,

Глубоко в него вникай!

И тогда ты счастлив будешь,

Словно дерево в цвету.

И тогда успешен будешь,

Воплотив свою мечту!

Песня была простой и мелодичной и на Царева она, поначалу, произвела успокоительное действие. Он отвлекся от своих гендиректорских мыслей.