Играя рок

Он перегнулся через Николая, и мгновенно схватил ее:

– Ой, да кто это тут у нас?

– Это моя подружка, Король, вертай фотографию!

– Нет, Колёк, пляши, тогда верну.

– Ну, ладно тебе, давай ее сюда. Король еще пуще глумился, – как зовут подружку? А-а, Надя. Значит, Надин и Николя? Смог таки, через парту прочесть на письме, сволочь.

– Наденька у тебя пухленькая как пирожок. А ты пирожок как употребляешь, сверху или снизу? Он гнусно хохотнул, чем привлек внимание прибывающих учеников. Коля изловчился, и выхватил у него фото одной рукой, а другой тут же двинул Короля в грудь, так, что тот с треском приземлился на стул.

– Ну, ты того, уже перегнул палку, может, выйдем, поговорим? Но Король не проявил желания куда-то выходить, да и не мог, так как учащиеся уже заблокировали его с двух сторон в тесном ряду.

– Ладно, хрен с тобой, живи. Тебе повезло, дураку, что занятия начинаются. Колька убрал в портфель конверт. Пох уже повесил диаграммы на стену, и вооружился указкой.

– Призывники – тишина, воззвал к порядку Семен Николаевич, и шарахнул указкой по столу.

Какое-то время они сидели и слушали, потом, когда пошли скучные описания однотипных каскадов усиления, Николай заерзал на стуле. Джинсы прилипли к потному телу, было очень жарко и душно, хотелось пить, неудержимо клонило в сон. Остальные ребята тоже откровенно зевали. Кто-то читал книжку, кто-то на заднем ряду спал, скрестив руки и положив на них голову. Поху надоело постоянно дубасить указкой по столу, и одергивать курсантов, и он объявил перекур.

– Ну, Колёк, ты чего, обиделся? – Король подвалил к нему, дымя папиросой, – мир?

– Да, ладно, я на таких как ты не обижаюсь, – сказал Коля, но отодвинулся от Короля.

– У меня сегодня день трудный был, вот я и завелся. Психи достали. Одного доставляли в «Июльские дни», так он, гад, зубной щеткой пытался моему напарнику глаз проткнуть, пока мы его пеленали в рубашку. Я вкатил ему укол, а он забился в истерике. И пока лекарство не подействовало, головой пытался стену в «рафике» пробить, ну, так это днем произошло, а ночью кое-что и похуже случилось.

Он перешел на шепот:

– Две девахи вольтанутые поймали бездомного старика на улице, затащили в заброшенный дом на Ямской. Загнали ему в член карандаш и давай насиловать по очереди. Бедный орал, что есть мочи, звал на помощь, но они трусами ему рот заткнули. Скорая приехала, да поздно – дедок кедами щелкнул.

– Это как? – Коля недоуменно поглядел на рассказчика.