Японская разведка против СССР

Я представился Горбуновой, и она клятвенно обещала, что мы будем работать вместе, чтобы не случилось никаких неприятностей.

В нашей административной группе было необходимое количество переводчиков. В их числе – несколько ребят, изучавших японский язык в Высшей школе КГБ. С ними я встретился накануне соревнований и просил их оказывать нам всяческое содействие, чтобы не было никаких срывов, тем более жалоб японцев.

Но буквально минут через двадцать после моей договоренности с Горбуновой ко мне прибежали взволнованные ребята из Высшей школы КГБ и сообщили, что Горбунова предупредила всех переводчиков, что я из КГБ и нужно держаться от меня подальше.

Такое «сотрудничество» с комсомолкой мне пришлось не по душе, и я двинулся в оперативный штаб, где и сообщил руководителю о проказах бывшей пионерки.

– Что предлагаешь? – спросил руководитель оперативной группы.

– Мне кажется, она устала от ничегонеделания…

– Сергей! – повернулся руководитель к одному из сотрудников штаба. – Проводи Горбунову до проходной, забери у нее пропуск и пожелай ей спокойно добраться домой.

Через некоторое время после удаления Горбуновой повстречавший меня Фельдман поспешно сказал:

– Алексей, не волнуйся, все будет нормально. Я полностью надеюсь на тебя. Делай, как ты считаешь нужным.

Хороший был парень – появился только в день закрытия универсиады, заставил меня несколько ночей не спать.

Но еще когда соревнования были в самом разгаре, я влип в очень неприятную историю. По своей глупости.

У одного из членов нашей обслуживающей команды был день рождения, и он предложил его отметить.

Я проявил мягкотелость и от предложения не отказался. В 12:00, когда спортсмены отбыли на соревнования, мы приняли грамм по сто водки и разошлись по своим делам. Вместе с нами, русскими, хлестанул немного и японец Судзуки, который ведал в японской команде хозяйственными делами (как я потом выяснил, бывший сотрудник спецслужб Японии).

Минут через двадцать после несанкционированного распития спиртных напитков ко мне прибежал переводчик и взволнованно сообщил:

– Алексей Алексеевич! С Судзуки плохо.

У него разболелся живот…

Я весь похолодел, но взял себя в руки, вспомнив совет «не суетиться под клиентом», и поспешил к японцу. Тот лежал на кровати бледный, весь в испарине, корчился от боли.

«Дело швах. Нужно немедленно сообщать по команде и вызывать скорую». И я поспешил в оперативный штаб. На мое счастье, мне повстречался взволнованный переводчик К.