Чингисхан. Тэмуджин. Рождение вождя

Сача Беки в три глотка допил свою чашу и поставил на столик вверх дном. Нарочито медленно поднялся.

– Ну, мы пойдем…

– Живите в радости, мать Тэмуджина, – оба с поклонами попятились к двери.

Оэлун, сдерживая улыбку в глазах, склонила в ответ голову. Все еще глядя на опустившийся за ними полог, грустно покачала головой: еще совсем недавно сопли по грязным щекам размазывали, на четвереньках по всему куреню ползали, заставляя матерей искать их, а теперь уже почти женихи.

Тэмуджин с Хасаром сидели у наружного очага.

– Хучара побили! – выпалил Сача Беки, подходя к ним.

– Кто?! – те как ужаленные вскочили на ноги.

– Отойдем отсюда, а то люди услышат, – сказал Унгур и первым двинулся в сторону.

Сели кружком у кожевенной юрты.

– Сегодня Хучар ездил за реку искать своих лошадей, – переминаясь на корточках, негромко рассказывал Унгур. – И нарвался на сонидов. С десяток их, говорит, было. Те увидели и погнались за ним.

– А те что?

– Выйдем, мол, не боимся вас.

– Еще, говорит, кричали, мол, много спеси у вас, у киятов, – со злобой в голосе говорил Сача Беки. – Надо им показать, какова на самом деле наша спесь.

– И еще много чего кричали.

– Хучару сильно досталось? – спросил Тэмуджин.

– Да нет, два раза по спине ударили кнутовищами, но кости целы.

– Да разве в этом дело! – склонившись к Тэмуджину и сжав кулаки, убеждал Сача Беки.

– А где сам Хучар?

– Спину медвежьим жиром намазал и сидит, гусятину ест. – Унгур, родной брат Хучара, был намного спокойнее троюродного Сача Беки. – Видно, проголодался со страху.

– А мы, как узнали, так сразу к тебе пошли, – горячился тот, не разжимая кулаков. – Собирайся!

– Что будем делать?

– Как что?! – крикнул Сача Беки, удивленно глядя на Тэмуджина. – На киятов, на старший род руки подняли.

– Тихо ты! – нахмурился Унгур. – Давай сделаем так: сейчас тихо пройдем по куреню и соберем парней. Каждый поднимет своих.

Тэмуджин оглянулся на Хасара.

– Найди и позови сюда Бэктэра. Да смотри там, при людях не проболтайся.

– Я поеду с вами?

– Нет.

– В прошлый раз меня тоже не взяли…

– А ну, замолчи! – повысил голос Тэмуджин, но увидев обиженно сжатые губы Хасара, смягчился: – Из твоих друзей никто не поедет.